Предыдущие выпуски: 

Часть 1. Массовые формации и летящие клинья
Часть 2. Как зарождался блок
Часть 3. Пас как предчувствие
Часть 4: Пасовые развязки и проходы в защите
Часть 5: И отделил Бог свет от тьмы
Часть 6: Спецкоманды до эпохи спецкоманд 

Когда ХХ век перевалил за половину, американский футбол во всех аспектах уже стал похож на ту игру, которую мы привыкли видеть сегодня: профессиональная игра окончательно встала на ноги и догнала по популярности колледжи, результативность пасовой игры догнала выносную, устаканились правила набора очков с введением двухочковых реализаций, а игры стали транслировать по телевидению.

Чтобы найти компромисс между желанием профессиональных лиг заполнять стадионы до отказа и нежеланием зрителей подниматься с дивана ради игры любимой команды, была введена политика «блэкаута», которая сохранилась до наших дней.

Блэкаут
Блэкаут при трансляции спортивных соревнований в той или иной форме затрагивает все большие спортивные лиги Америки. Суть её проста: телевидению запрещается транслировать домашние игры команды на её территории в прямом эфире — и за счёт этого растёт посещаемость стадионов, растут продажи билетов
Сегодня в НФЛ блэкаут включается только в том случае, если билеты на стадион не распроданы за 72 часа до начала игры — но и такое послабление удалось отвоевать только путём множественных судебных тяжб против НФЛ. В пятидесятые же, когда популярность профессионального футбола росла с невероятной быстротой, транслировать игры команды на её домашнем рынке было запрещено вне зависимости от заполненности стадиона.

Но какие же тактические новшества были характерны для футбола тех времён?

Первым важным аспектом эволюции игры стал постепенный отход от сильно несбалансированных формаций типа «сингл-винг» и «дабл-винг» (мы рассматривали их в четвёртом выпуске), которые были широко распространены в первой половине XX века. Интересно проследить, почему это произошло.

С развитием эффективности пасовой игры и способностей квотербеков принимающие стали располагаться всё дальше и дальше от блока — это позволяло им выиграть больше пространства для манёвра (тогда в противовес «тайт-энду» — игроку на краю линии, размещавшемуся вплотную к блоку, — появилось новое амплуа принимающего, «сплит-энд», который располагался на линии на удалении от блока). Следующим шагом стало осознание того, что куда эффективнее растягивать защиту по ширине на обоих флангах, создавая равномерную пасовую угрозу, чтобы оттягивать ещё большее количество защитников от линии скримиджа в поле — и с этой задачей винг-формации уже не могли справиться достаточно эффективно.

Решением стал, как ни странно, возврат к истокам — к самой старой в футболе Т-формации, с которой начинали ещё в позапрошлом веке. К ней была придумана одна вариация: энды стали располагаться шире бокса, как современные уайд-ресиверы, или «широкие» принимающие, а за блокировку на выносе вместо них стали отвечать 4 игрока бекфилда, которые смещались вместе с направлением потока. Вот как выглядели типичные выносные:

И пасовые комбинации из неё:

Другим важным нововведением стала так называемая «пассивная блокировка» (сегодня она известна как «пассивная защитая пас». Её — как, кстати, и амплуа сплит-энда — внедрил тренер (и однофамилец) «Кливленда» Пол Браун. Результат превзошёл все самые смелые ожидания: в 50-х «Браунс» стали первой в истории НФЛ командой, которая по итогам сезона смогла конвертировать больше половины своих пасовых попыток, причём это удавалось им на протяжении нескольких лет подряд. (Да, сегодня это кажется тривиальным, но тогда подобное достижение было сродни революции.)

Смысл пассивной блокировки заключался в следующем: статичный блок, каким он выглядел до тех пор, было очень несложно пройти за счёт скорости, особенно по периметру. Почти каждая пасовая попытка проходила под большим давлением и в контакте квотербека с защитниками. Пол Браун осознал, что эту скорость можно использовать против них же, атакуя пас-рашеров не на линии скримиджа, а в бекфилде — и, что самое главное, не фронтально, а по касательной, направляя защитника в аут, от квотербека. Такая работа на периметре, в свою очередь, позволяла изолировать внутренних рашеров, которых — опять же, используя против них их же скорость — встречали низкими блоками в бэкфилде задние бегущие. Ставить их на защиту паса внутри, а не снаружи конверта, было ещё одним нововведением Брауна.

Альтернативой этой системе была А-формация тренера «Джайентс» Стива Оуэна. В отличие от Т-формации, называлась она так не по схожести построения с литерой, а всего лишь потому, что все формации в его плейбуке обозначались буквами алфавита, а эта была среди них первой и наиболее эффективной. «А» была разновидностью «винга», адаптированного к современным реалиям пасового футбола. Так же, как и знаменитые формации Попа Уорнера, линия нападения здесь была несбалансированной, однако пасовая угроза создавалась на обоих флангах. В дополнение к этому, А-формация строилась по-разному в зависимости от положения мяча по ширине поля. Выглядела она примерно так:

Стоит отметить также специальные названия, которые тренер Оуэнс придумал для позиций в ней — такие как «внешние» и «внутренние» гарды и тэклы, а также разное расстояние межде блокировщиками на широкой и узкой сторонах формации. Это было сделано для того, чтобы максимально сильно играть во всю ширину поля, создавая преимущество линейных на одной стороне формации, и преимущество беков — на другой. Отсюда можно было эффективно использовать как несбалансированный блок для выноса:

…так и ширину поля для паса:

Но вернёмся к пассивной блокировке «Кливленда». Сложилось так, что ко второй половине 40-х классический фронт защиты «Игл» тренера «Филадельфии» Гризи Нила безраздельно доминировал и уже считался объективно лучшим в футболе:

И ничего, казалось бы, не предвещало потери беды, когда в первой игре сезона-1950 «Орлам» предстояло сыграть с новичками НФЛ — только что вступившими в лигу «Браунс» во главе с тренером Брауном. Результат игры — победа последних 35–10 при полном доминировании над считавшимся непобедимым фронтом Нила — поверг всё тогдашнее футбольное сообщество в шок.

Как Брауну это удалось?

Поставив своих эндов шире бокса, он предложил защите следующую дилемму: если ди-энды также становились шире, внутри оставалось всего три линейных защитника, с которыми блок «Браунс» и фулбек Мэрион Мотли расправлялись выносом по центру. Если же они оставались в боксе, то по краям поля открывались зоны для коротких пасов на сплит-эндов. Дилемма для «Иглс» оказалась неразрешимой.

Первыми же, кто эффективно смог этому противостоять, стали уже упоминавшиеся «Джайентс» Стивена Оуэна. Сам Оуэн, впрочем, занимался нападением, а за построение защиты отвечал тогда совсем ещё молодой Том Лэндри, который и внедрил построение 6–1–4 (он назвал его «зонтик»), впоследствие развившееся в современное 4–3.

Несмотря на формальное название позиций, с точки зрения современной теории футбола, в ней отнюдь не было 6 лайнменов защиты: энды выполняли работу современных корнербеков и внешних лайнбекеров. Становясь напротив самих широких игроков нападения, они делали вход и дальше читали розыгрыш, продолжая давление при выносе или же откатываясь в зонное прикрытие на пасе. Это позволило им оставить персонал 4–1 внутри бокса для работы против выноса — задача, которая была им уже вполне по силам, учитывая ограниченные возможности лид-блока в центре и более выгодную относительно блокировщиков позицию, которую снаружи занимали защитники периметра.

И действительно, система оказалась крайне эффективной: «Джайентс» — первые за несколько лет — не позволили «Браунс» набрать ни одного очка в их первой же очной встрече.

Что же до А-формации, то её судьба сложилась не так захватывающе. Она всего лишь стала поворотным моментом эволюции всего футбола, ведь её концепция вытекала из использования преимущества ширины поля, которое постепенно утрачивалось за счёт его сужения — вернее, сужения оперативного пространства для нападения, обусловленного введением хэш-линий. (Напомним: в футболе, в общем случае, мяч должен быть введён в игру ровно с той же точки, где закончилась предыдущая попытка. Однако если предыдущая попытка закончилась за боковой либо в поле, но шире хэш-линий, мяч для следующей попытки перемещается в поле по горизонтали — на хэш-линию — Прим. ред.)

Стив Оуэн в 1950 г.

Поначалу никаких хэшей не было и в помине; они появилось только в 1920-х и располагались в 10 ярдах от боковой. Потом, в 30-х, когда на поле царствовали винг-формации, развитием которых и была «А», это расстояние увеличили до 15 ярдов — и оно было идеальным  для воплощения идей тренера Оуэна. Но затем расстояние увеличили ещё больше: до 20, а потом и до нынешних 23 ярдов (речь идёт об НФЛ; по правилам НСАА и ИФАФ хэш-марки по-прежнему располагаются в 20 ярдах от боковой линии — Прим. ред.), что в конечном итоге сделало даже узкую сторону поля слишком просторной для эффективного использования «А», которая постепенно сошла на нет после увольнения Оуэна из «Джайентс» после сезона 1952 года.

А вот как стали развиваться идеи сбалансированного и несбалансированного в ширину нападения после этого, мы поговорим в следующем выпуске.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.