Уже несколько месяцев появляются сообщения из разных источников о том, что Аарон Роджерс отказался от продления контракта с «Пэкерс». Однако никто не раскрывает подробностей того, что именно предлагал клуб и от чего именно отказался квотербек.

В понедельник Адам Шефтер из ESPN сообщил в твиттере:

«В это межсезонье «Пэкерс» предложили Аарону Роджерсу продление контракта на два года, которое связало бы его с «Грин-Бэй» еще на пять сезонов и сделало бы его самым высокооплачиваемым квотербеком и футболистом. Роджерс отклонил предложение, что доказывает – дело не в деньгах».

https://twitter.com/AdamSchefter/status/1417470203944910873

Попробуем разобраться: что на самом деле это означает? Сейчас у Роджерса контракт до 2023 года. Он настаивает на сделке, которая даст ему то, чего нет в данный момент: финансовых гарантий, исключающих возможность гибкости «Пэкерс» из года в год. «Упаковщики» пользуются этим сейчас, по текущему контракту квотербека. В принципе они могут легко расстаться с Роджерсом и заменить его Джорданом Лавом (и не пострадать финансово).

Роджерсу такое положение дел не нравится. Он хочет контракт, который затруднил бы подобные действия клуба. То есть, если, к примеру, «Пэкерс» предложили своему квотербеку контракт с негарантированной зарплатой $50 млн. в 2024 и 2025 гг., это делает Роджерса самым высокооплачиваемым футболистом и технически выглядит как двухлетнее продление (о чем пишет Шефтер).

Но для Роджерса это абсолютно бессмысленно. Он хорошо знаком с практикой «Пэкерс» избегать существенных финансовых гарантий, кроме подписного бонуса. Именно такая политика помогает «Грин-Бэй» не сталкиваться с проблемами ограничения потолка зарплат, как бывает у команд, которые должны значительные гарантированные суммы бывшему игроку.

Роджерс не хочет, чтобы с ним обращались в привычной для «Упаковщиков» манере. Он считает, что заслуживает контракт с реальными гарантиями относительно его будущего. Значит, что бы «Пэкерс» ни предложили квотербеку – это совсем не то, чего он хочет.

Читайте также: Роджерс показал силу броска. Правда, на поле для гольфа