Он смотрит на пассажиров, которые занимают свои места в самолете. Люди просто проходят мимо него, но Дэйв Сирс ничего не может с собой поделать – вот идет парень: широкоплечий, длиннорукий, хорошо координирован. К тому времени, когда пассажиры рассаживаются по местам, Дэйв успевает оценить каждого.

Руководитель отдела колледж-скаутинга «Детройт Лайонс» попадает в подобные ситуации повсюду: в почтовом отделении, в продуктовом магазине. Что поделать, профессиональная деформация. Как-то раз супруга подловила его за тем, что он во все глаза таращился на преподавателя танцев его 10-летней дочери. Сирс сказал лишь: «У него очень быстрые шаги и потрясающая работа ног».

Скаутинг – его работа. Работа, которая никогда не прекращается.

«Я пытался объяснить некоторые атлетические критерии моей жене и дочери, но они не смогли понять, о чем я говорю, — сокрушается Сирс. – Вот, например, «короткие руки». Вы не обращаете внимания на это, пока не начинаете серьезно анализировать антропометрию профессиональных спортсменов. А потом видите какого-нибудь парня на улице и думаете: Блин, а у чувака реально короткие руки!»

Сирс зарабатывает на жизнь тем, что с начала августа до Дня Благодарения почти непрерывно разъезжает по кампусам различных колледжей, анализируя и сравнивая за это время до 300 игроков. В общей сложности он провел уже 3233 ночи в отелях «Мариотт» и продолжит эту серию в эти выходные на съезде скаутов НФЛ в Индианаполисе.

В среднем он проводит 73 ночи в отелях «Мариотт» (если брать всю его жизнь, а не только 22 года работы в НФЛ) и является держателем статуса «Титаниум Элит». Круче только «Амбассадор» – для тех, кто ночует в отелях от ста раз в год.

В свои сорок четыре Сирс провел в разъездных поисках будущих звезд НФЛ одну пятую часть своей жизни – восемь лет и десять месяцев.

Сирс сидит на бетонной лестнице, предусмотрительно подложив полотенце под пятую точку. Это его 23-й «Сениор Боул», и он знает, что полотенце может понадобиться и для того, чтобы не мерзла задница, и для того, чтобы прикрыть голову во время дождя.

Он сидит примерно на высоте двадцатого ряда и на отметке 35 ярдов, если смотреть горизонтально. Практически все игроки из тех, что находятся на поле, хорошо ему знакомы. Сейчас он лишь освежает зрительные образы – пометки в скаутских отчетах он сделает потом, когда посмотрит видеозаписи тренировок в отеле.

«Я стараюсь подметить какие-то мелочи и заодно ознакомиться с новыми ребятами, если таковые имеются, — рассказывает Сирс, наблюдая за индивидуальными упражнениями игроков. – Например, я подмечаю, что Игрок Х прибавил в каком-то компоненте – и запоминаю это. Да, можно было бы сидеть с блокнотом и делать пометки вроде: ‘Номер 44 сегодня хорош’. Но я просто запомню, на кого мне нужно обратить внимание при просмотре видео».

У Сирса – фотографическая память. Он попал в НФЛ в 1997 году, когда генеральный менеджер «Вашингтона» Чарли Кэссерли заметил талантливого парня в колледже «Спрингфилд». Потом Сирс попал в «Хьюстон», а оттуда – в «Детройт», где со временем дорос до своей нынешней должности в «Лайонс».

От непосредственного просмотра проспектов он перешел к работе «властителя судеб» – он рассматривает итоговые отчеты скаутов и принимает решение о перспективности того или иного спортсмена.

«Нелегко проводить так много времени в разъездах, — пишет мне в электронном письме Боб Куинн, ГМ «Лайонс». – Дни в дороге тянутся долго, и ты чувствуешь себя особенно одиноким. Тут нужен особый склад характера, подкрепленный выдающейся самодисциплиной и тайм-менеджментом. И у Дэйва все это есть».

Часто Сирс посещает колледжи в одиночку. В Клемсоне, например, он останавливается в «Фэйрфилд Инн» из-за того, что вблизи расположено несколько сетевых ресторанов. Он предпочитает «Subway» и «Firehouse Subs» для быстрых перекусов и часто выбирает отель ближе к таким заведениям. Однако, выбор может быть сделан и исходя из близости отеля к кампусу университета или к аэропорту.

Его работа монотонна, а его рабочий кабинет – вся страна.

«Кто-то думает, что это такая «гламурная» работа, — смеется Дэйв. — Типа, разъезжаешь по стране, смотришь футбол, и так всю жизнь. На самом деле ты заполняешь один за другим отчеты и летаешь из города в город, и так всю жизнь. Полно дел, окромя футбола. Но эта работа напрямую связана с футболом, и это круто».

«Чувствуешь себя даже не одиноким, а изолированным – одни и те же номера в гостиницах, одни и те же лица скаутов других команд, которых ты видишь на играх. Так мы познакомились с нынешним вице-президентом «Детройта» по управлению персоналом Кайлом О’Брайеном, в бытность того скаутом «Нью-Ингленд Пэтриотс».

Как проходит типичный день скаута НФЛ: прибытие в учебное заведение, просмотр видеозаписей в компании с коллегами из других команд. Далее – встречи со специалистами по физподготовке и, возможно, с тренерами по позициям. Посещение тренировки (полное или с ограничениями, в зависимости от местных правил). Далее – снова просмотр видеозаписей, возвращение в отель, составление отчетов и внесение сведений об игроках в базу данных клуба. Иногда Сирс составляет отчеты уже на борту самолета. На один отчет, в зависимости от различных факторов, уходит от 30 до 90 минут.

В этой жестко регламентированной структуре решает опыт конкретного скаута. Около 90 процентов информации о каждом спортсмене доступно всем. Остальные 10%, которые зачастую скрывают самое важное, получает тот, у кого лучше чуйка, тот, у кого налажены отношения с тренерами колледжей за годы скаутинга.

Каждый год у нескольких перспективных игроков появляются проблемы с законом, и чем раньше о такой возможности узнает скаут, тем лучше.

«В эти десять процентов может входить такая информация, на основании которой зачастую принимается решение о будущей профпригодности игрока», — говорит Сирс.

Другими словами, опытный корпус скаутов формирует то самое конкурентное преимущество, на которое опираются их франшизы, принимая ключевые решения по подбору игроков.

Куинн говорит, что Сирс «оказал влияние на все наши драфт-пики за последние четыре года», признавая Дэйва одним из самых доверенных лиц в организации.

«Чтобы проверить, нужно поверить, — говорит Кэссерли. – Эти ребята (скауты) делают свою работу и не нуждаются в постоянном надзоре. Лучший показатель их работы – качество отчетов и результаты игроков».

Работа скаута безжалостна к его личной и семейной жизни. Сирс отсутствует дома (Моррисвилль, Северная Каролина) 8,5 из 10 ночей в период с августа по конец ноября. Да сейчас, являясь руководителем целого направления, он не отходит от скаутской работы, постоянно проверяя и уточняя информацию, собранную его подчиненными.

Он прошел долгий путь от студента «Спрингфилда», где играл в футбол и специализировался на спортивном менеджменте. Он всегда хотел эту работу – не считаясь с тем, чего она будет стоить ему и его семье. Его супруга Нэнси до рождения дочери иногда путешествовала с ним. С появлением Дилейни все изменилось.

Сейчас девочке десять, и ее отец признает, что примерно половину этого времени его не было рядом.

«Когда речь заходит об этом, невольно думаешь: ‘Вот дерьмо’, — говорит Сирс. – Ты стараешься не пропустить дни рождения, праздники, ее танцевальные выступления, все эти важные моменты. Но иногда ты просто не можешь быть рядом. И им трудно понять и принять это».

Дэйв редко ездит с семьей в отпуск – даже если он свободен от работы, ему не хочется куда-то ехать – но он постоянно на связи с семьей посредством FaceTime или по телефону. Куинн, сам бывший скаут, придерживается принципа «Работая на высоком уровне, человек не может думать о какой-либо нормированности». Даже если это означает просматривать дома больше видеозаписей об игроках, чем на работе.

Нэнси говорит: «Не припомню, чтобы он когда-нибудь НЕ работал».

Она отмечает, что еще в то время, когда они с Дэйвом только познакомились, ей пришлось научиться поддерживать отношения на расстоянии. И все же, испытав на себе все «прелести семейной жизни» вместе со скаутом НФЛ, она отмечает, что «у моего мужа очень клевая работа».

«Он полностью отдается своей работе и это, безусловно, отнимает почти все его время, — говорит Нэнси. – Это требует предельной самоотдачи от него и определенных жертв с нашей стороны. Но я знаю, что это работа его мечты, и всегда поддерживаю его».

Дэйв Сирс непременно должен видеть игроков живьем, а это отнимает много времени. Из-за этого ему постоянно приходится балансировать между работой и семьей.

«Я осознанно ставлю работу на первое место. Это тяжело, но для меня это единственный возможный подход, — говорит Сирс. – Невероятно трудно быть одинаково хорошим семьянином и работником. Я часами просиживаю перед монитором, просматривая видеозаписи в поисках того самого момента, который даст мне ответ на вопрос: Этот игрок – тот, кого я ищу или нет? И эту работу невозможно делать, отвлекаясь на жену и ребенка».

Сирс верит, что он был рожден для этой работы. От своих старших товарищей-скаутов в «Вашингтоне» и «Хьюстоне» он узнавал не только критерии оценки игроков, но и то, как им удается (или не удается) совмещать работу с семейной жизнью. В «Вашингтоне» он был «самым тихим парнем, который почти ничего не записывает и каждый день ест на ланч сэндвич с индейкой из «Subway», чипсы и шоколадное печенье».

Но когда Кэссерли спросил старших скаутов о его работе, все без исключения отметили трудолюбие и основательность молодого скаута.

«Он дает вам полную картину, — говорит Ларри Брайен, многоопытный скаут, который работал с Сирсом в «Вашингтоне» и «Хьюстоне». – Есть ребята, которые смотрят на игроков и говорят вам: ‘Ну, это игрок’. Другие же дадут вам подробную картину, с описанием сильных и слабых сторон. Таким и был Дэйв. Он был невероятно убедителен при чтении своих отчетов. От его внимания ничего не ускользало – техника, физическая подготовка, эмоциональная стабильность».

За годы работы Сирс убедился в том, что первичное значение для того, чтобы молодой спортсмен заиграл в НФЛ, имеет физическая подготовка, а уже потом – техническая оснащенность, справедливо полагая, что тренеры смогут научить физически одаренного парня техническим аспектам игры.

Все его скаутские отчеты, от самых первых (из тренировочного лагеря «Питтсбург Стилерс») до свежайших (с «Сениор Боула» этого года) хранятся в пластиковых контейнерах фирмы Tupperware в подвале его дома.

Здесь отчет о лучшем корнербеке, которого он видел – о Чемпе Бэйли. Здесь провидческий отчет, в котором он утверждает, что гард «Айовы» Маршал Янда вырастет в игрока высокого уровня. И здесь же одна из ошибок – отчет, в котором он пишет, что корнербек «Калифорнии» Ннамди Асомуга вряд ли сможет играть в НФЛ (Асомуга был выбран в первом раунде драфта «Оклендом» и признавался одним из лучших игроков десятилетия 2000-2009).

База знаний – важный инструмент хорошего скаута, и Сирс не гнушается лишний раз спуститься в подвал и полистать старые отчеты.

«Я коллекционер по природе, поэтому и не выкидываю всю эту макулатуру, — смеется Сирс. — Когда-нибудь, надеюсь, я уйду на покой, и тогда будет любопытно покопаться в этом ворохе бумаг, что-то вспомнить. Может быть, чем-то поделиться с молодежью. Мне в начале пути были интересны подобные бумажки – ведь это часть истории игры».

Читайте также: «Таких, как мы, всего 96 человек в мире». Что такое выездной матч команды НФЛ для обслуживающего персонала

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
Понравился материал? Поддержите сайт.