Довольно давно, в 2002 году, в здании, находящемся в северной пыльной части Техаса, квотербек по имени Линкольн Райли и тренер по имени Майк Лич сели, чтобы провести разговор, которому суждено было стать судьбоносным для современного футбола. Это произошло в кампусе «Техас Тек» в поселении Луббок, месте, известном в первую очередь тем, что в радиусе сотни километров от него не находится ничего более-менее похожего на нормальный цивилизованный город. Странные идеи имеют тенденцию возникать именно в таких местах, и Лич, который уже тогда имел цельную репутацию самого специфического тренера в футболе, фонтанировал именно такими выдумками.

Команды Лича постоянно то выигрывали примерно 48-47, то проигрывали примерно 51-48. Его стартовый квотербек, Клифф Кингсбери, мог бросить за один матч 510 ярдов пасом и был на пути к рекорду НСАА по количеству ярдов по воздуху за сезон. По всему Техасу школьные нападения начали неистово копировать принципы Лича — количество команд, которые пасовали более 50 раз за игру, показательно росло. «Я помню, как в 1998 году моя школа перешла на спред, — вспоминает бывший квотербек «Техас Тек» Коди Ходжес, который вырос в Херефорде, ещё одном городе, расположившемся в техасской пыли. — Мы стали первой командой на районе, которая начала играть таким образом».

Но нападение Лича было не просто спредом — а спредом на стероидах. К концу сезона-2002 Кингсбери постоянно бросал по 60-70 раз за матч. Идея о том, что футбол всё время будет консервативным, что он будет заключаться в вихрях пыли, вздымающейся от борьбы огромных раннинбеков и огромных лайнбекеров, была серьёзно видоизменена. И произошло это именно в штате, для которого футбол был почти всем.

Лич и его столь же странный наставник, Хэл Мамм — который запустил первые эксперименты с той системой в высшей школе Техаса в 1980-х — назвали своё творение «Эйр-Рэйдом». Но для Мамма «Эйр Рэйд», который сейчас стал преобладающим направлением развития футбола на всех его уровнях, никогда не был всего лишь системой нападения. Он всегда был философией.

Но вернёмся к разговору Лича и Райли 17-летней давности. Обладая информацией о каждом из них, мы можем смело утверждать, что в основном говорил только Лич, известный в том числе и тем, что никогда не стесняется озвучивать потоки своего сознания. Райли, с другой стороны, очень тих и настолько умён, что его друзья детства искренне думали, что он станет учёным-ядерщиком. Но Райли также был и наидерьмовейшим университетским квотербеком. Большую часть силы его руки уничтожила травма, полученная во время школьной карьеры, и в 2002 году уже было ясно, что хорошим распасовщиком он никогда не станет. Даже собственные коллеги Лича по тренерскому штабу постоянно спрашивали его, что тот парень вообще делает на тренировках.

И в один момент Лич спросил Райли: «Что ты думаешь о том, чтобы стать тренером? Не когда-нибудь. Не скоро. А прямо сейчас?»

И это была ещё одна дикая идея. Игроки крайне редко становятся полноценными тренерами ещё до выпуска. Но Личу было плевать. Главным принципом «Эйр Рэйда» было неприятие устоявшихся принципов, и Лич хотел, чтобы его окружали достаточно смелые и инновационные люди, готовые менять укоренившиеся традиции. И хотя сначала Райли отказался, думая, что он сможет стать квотербеком в другом колледже, скоро он присоединился к Личу в своём новом качестве.

View this post on Instagram

#championshipnovember

A post shared by Lincoln Riley (@ou_lincolnriley) on

В первые несколько сезонов, с 2003 по 2005, никто даже не представлял, что происходило в голове у Райли. В штабе, изобилующем крутыми и необычными личностями, он обычно оставался на заднем плане, будучи всего лишь студентом-ассистентом, которого главный тренер решил выделить по никому не понятным причинам. Он был просто парнем, который приносил Личу кофе. Во время тренировок его дразнили и подкалывали ресиверы, которых он, по идее, должен был тренировать. Но Райли со временем продолжал медленно подниматься по лестнице. И когда Лича уволили в 2009 году, Райли — который за три года до этого выпустился и стал полноценным тренером ресиверов — в возрасте 26 лет стал координатором нападения «Ред Рэйдерс» на время Аламо Боула. В следующем сезоне он стал координатором нападения «Южной Каролины».

Тот факт, что у Райли не было эксцентричного поведения и бравадных речей, как у Лича и его помощника Даны Холгорсена, не имел значения. Он медленно, но верно доказывал тот факт, что «Эйр Рэйд» был выигрышной философией, для которой не нужно многое — всего лишь иметь креативное мышление.

«Всё то время, мне кажется, он строил план по реализации всех своих идей, — говорит один из бывших ресиверов «Техас Тек» Эрик Моррис, который сейчас является главным тренером Университета Воплощённого Слова в Сан-Антонио. — Я знал его, как мальчика на побегушках. Я думаю, он знал своё место. Он не пытался стать тем, кем не мог стать. Он просто ждал и готовился, потому что был очень умён».

Если вы хоть немного следите за студенческим футболом, то прекрасно знаете, кем Райли стал сейчас. Ему всего 36, он уже третий сезон является тренером «Оклахомы Сунерс». И он уже сделал трёх квотербеков — Бейкера Мейфилда, Кайлера Мюррея и Джейлена Хёртса — либо обладателями трофея Хайсмана, либо его финалистами. И в этой тенденции вся заслуга лежит на Райли — именно он подгонял нападение под сильные стороны каждого из разыгрывающих. В этом году он добавил разнообразную выносную игру в арсенал команды, превратив Хёртса в одного из самых интригующих квотербеков-универсалов в стране. И он также все три сезона приводил «Сунерс» в национальный плей-офф — совсем недавно «Оклахома» проползла в последнее вакантное место и скоро встретится с пока самой успешной командой сезона — «Луизианой Стэйт». Райли стал наиболее узнаваемым амбассадором «Эйр Рэйда» в университетском футболе, пока философия набирает всё большую популярность в НФЛ. И как только в лиге потенциально открывается новая тренерская вакансия, Райли становится самым главным кандидатом туда. И тренерская Мекка — «Даллас Каубойс» — не стала исключением.

Одной из главных причин того, что Райли котируется так высоко среди популяризаторов «Эйр Рэйда», является тот факт, что он — единственный ученик Лича, тренирующий команду высшего уровня. Но есть и ещё одна: в отличие от большинства своих единомышленников, Райли определяют его достижения, а не личность. Действительно, вам не кажется, что для того чтобы «Эйр Рэйд» стал максимально уважаемым, его лицом должен быть кто-то презентабельный. Увы, это не Лич (он сейчас тренирует «Вашингтон Стэйт»), любящий странные и длительные рассуждения на самые разные темы — от войн с индейцами до правил поведения на свиданиях. Это не Холгорсен (сейчас возглавляет команду Университета Хьюстона), который постоянно выглядит так, как будто он только что проснулся после запоя. Это не Мамм, сейчас готовящийся тренировать в ЭФЛ и имевший длительный перерыв в карьере. И это не Клифф Кингсбери, который тренирует «Аризону Кардиналс», является нынешним наставником Кайлера Мюррея и пока куда сильнее выделяется внешностью, нежели достижениями.

«Эйр Рэйд» отчаянно нуждался в ком-то … нормальном. В ком-то, кто смог бы доказать, что вполне обычно ведущие себя люди вполне могут быть революционерами в футболе. Райли соответствует большинству требований на роль идеального тренера будущего — он молод, отлично владеет плей-коллингом и умеет выжимать максимум из своих квотербеков. Именно Райли является конечным продуктом эйр-рэйд-революции — спокойным и уравновешенным тренером, добивающимся результата с помощью уникальной философии.

View this post on Instagram

Week 3 — #OUDNA

A post shared by Lincoln Riley (@ou_lincolnriley) on

Тот дух «Эйр-Рэйда», который Мамм передал Личу, а Лич — Райли, не возник ниоткуда. В первой половине 1980-х футбол отходил от традиций мочилова на земле, которые ранее установили парни вроде Винса Ломбарди и Вуди Хейса. В ту пору пасовое нападение считалось бессмысленным риском. Но великие тренеры той эпохи вроде Лавелла Эдвардса из «Университета Бригема Янга» и Билла Уолша из «Сан-Франциско Фотинайнерс», стали уделять этому элементу больше внимания, а НФЛ — создавать правила, делающие пас более полезным занятием. После того как Эдвардс внезапно для всех взял национальный титул в 1984 году, Мамм нанёс ему визит. И он задал ему один простой вопрос.

«Тренер, — спросил он, — как вы сделали это?»

И ответ Эдвардса определил доктрину «Эйр Рэйда» в голове у Мамма. Он сказал, что из-за того, что репутация «Бригем Янг» росла и команда начала привлекать высококлассных игроков, они «отвергли необходимость быть консервативными». Эта фраза превратилась в девиз Мамма, в мантру для него, пока он тренировал «Кентукки», «Нью-Мексико Стейт» и все остальные названия в своём резюме. Но, в отличие от Эдвардса, ни Мамму, ни Личу не приходилось доказывать состоятельность своих идей на самом высоком уровне, так как они возглавляли не самые выдающиеся команды. Даже сейчас, в «Вашингтон Стейт», Лич просто каждый год пытается сделать из среднего набора симпатичную команду. Отказавшись от мейнстрима, он предпочёл свободу и возможность экспериментировать.

Но Райли — совершенно другой случай. Он — первый ученик Лича и Мамма, ставший главным тренером университета масштаба «Оклахомы». Когда он заменил на своём посту многолетнего тренера программы Боба Ступса, ему было всего 34 года и он был самым молодым тренером высшего студенческого дивизиона. И его попадание на эту должность было совсем не делом случая. «Оклахоме» было очень важно сдержать подъём своего соседа — «Техас», и риск обжечься на непроверенных идеях того стоил.

Ступс впервые проникся «Эйр Рэйдом» в 1999 году, когда нанял Лича на место координатора нападения. Задача была проста — оживить программу, которая уже десяток лет барахлила. Ступс, плотно занимавшийся рекрутингом, лучше всех понимал, что желания игроков меняются — а с ними меняется и футбол. Никто больше не хотел «гриндить». И многих восхищали те вещи, которые Мамм и Лич делали в «Кентукки» с удивительным квотербеком по имени Тим Кауч. «Я именно потому взял Майка, — говорит Ступс. — Я знал, что мы можем сделать нечто подобное, чего до этого почти никто не делал».

Как полагал Ступс, было возможно адаптировать базовые принципы «Эйр Рэйда», улучшить их за счёт более высококлассных атлетов, а потом постепенно включать в рисунок игры вынос. Но Ступс был специалистом по защите и для реализации таких идей ему требовался хороший координатор нападения. Вскоре другие команды конференции Биг-12 стали копировать эти принципы — в конце концов, это привело к тому, что Лича сманил «Техас Тек» после того, как «Оклахома» выиграла в 2000 году национальный титул. Поначалу такая тенденция казалась чем-то непостоянным и временным, так как во главе этих изменений стояли не уважаемые корифеи футбола, а мало кому известные люди. Но изменения реально работали и вскоре все команды конференции начали играть в таком стиле. Результаты вроде 52-45 перестали быть нонсенсом. Этот тренд выжил и стал реальностью.

После того как Ступс в 2015 году уволил своих со-координаторов нападения Джоша Хёйпеля и Джея Норвелла, он стал искать замену. В начале своего поиска он посмотрел список команд, которые были лидерами по пасовым ярдам. Наверху была «Южная Каролина», координатором нападения в которой был, естественно, Линкольн Райли. Ступс попросил рекомендации в том числе и у Лича с Маммом, и те посоветовали ему немедленно нанять этого парня, покуда кто-то другой не подсуетился быстрее. Райли был всего 31 год от роду, но разве это что-то значило? «Ребёнок» обучался «Эйр Рэйду» уже десять лет, с тех самых пор, когда Лич заставил его завершить игроцкую карьеру и начать тренерскую.

Плейбук «Эйр Рэйда» весьма прост. Он поощряет быстрые чтения, простые броски и принятия квотербеками самостоятельных решений. До тех пор, пока разыгрывающий в состоянии объяснить, зачем он сделал тот или иной одибл, тренеры вроде Лича и Мамма не имеют к нему претензий.

Райли начал обучение этим принципам ещё до того, как получил свой диплом. И, присутствуя на видеоразборах игр от Лича в качестве подмастерья, он понял как привнести в эту систему что-то своё. Когда Ступс нанимал 31-летнего Райли, тот уже сумел поглотить и обработать огромное количество информации. «У него было много ответственности в столь юном возрасте,» — говорит Ступс.

«Эйр Рэйд» был как будто открытым кодом, который умы вроде Райли использовали, как базу для построения своих идей. Покуда у вас есть способность придумывать, креативить и создавать, говорит Мамм, эта система может развиваться в тысяче разных направлений. Но как только вы добавите туда щепотку консерватизма, она прекратит работать. «Я думаю, что Линкольн достаточно храбр, — утверждает Мамм. — Он умеет мыслить вне рамок».

И это — главный мотив того, почему Мамм восхищается тремя сезонами Райли в качестве главного тренера «Оклахомы». Для молодого тренера должно быть сложно не изменить своим принципам на таком высоком уровне, но Райли смог. Вместе с Кингсбери, Шоном Маквеем и другими плейколлерами моложе 40 лет, он представляет новую волну тренеров. Но в этой системе возраст тренера значит совсем немного. Больше значат идеи. И становится всё более ясно, что из всех этих тренеров идеи Райли — наиболее ценные.

View this post on Instagram

Thank YOU for showing up and being loud — #SoonerNation

A post shared by Lincoln Riley (@ou_lincolnriley) on

Самым главным достижением Райли на его посту за три года с тремя стартовыми квотербеками является то, что он не отдал предпочтение ни одной конкретной стратегии. Каждый тренер стремится адаптировать своё нападение к таланту, которым он располагает. Это — тоже принцип «Эйр Рэйда». Как говорит Мамм: «Если у нас есть отличный тайт-энд, мы найдём способ довести мяч до тайт-энда». Но те манипуляции по встраиванию абсолютно разных по стилю квотербеков в рисунок игры, уже трижды проведённые Райли, поразили даже прожжённую субкультуру скаутов НФЛ. И тот факт, что все трое перевелись в «Оклахому», показывает, что Райли достаточно агрессивен, чтобы находить то, что ему нужно. Он понимает, что в эту эпоху студенческого футбола трансферный рынок — главный инструмент экстренного усиления программ.

Этими трансферами были: маленький, но бесстрашный Мейфилд, который был разочарован игрой под руководством Кингсбери в «Техас Тек»; невероятно быстрый но ещё более мелкий Мюррей, который ради «Оклахомы» покинул «Техас А&М»; и Хёртс, пришедший из «Алабамы» с ореолом человека, навыки которого никогда не будут соответствовать уровню Туа Таговаилоа, забравшего у него работу в том знаменитом финале национального плей-офф. Мэйфилд делал шикарные забросы вглубь поля, Мюррей создавал себе дополнительное пространство для манёвров, а Хёртс делает шикарные силовые выносы. И Мейфилд, и Мюррей бросили более 40 тачдаунов в свои последние студенческие сезоны и были выбраны под первыми пиками на драфте, даже несмотря на то, что они являются двумя самыми маленькими квотербеками в современной истории НФЛ. Хёртс, вполне возможно, не уйдёт в первом раунде этой весной, но его котировки резко возросли после того, как он заработал 51 тачдаун в этом сезоне. Постулат о том, что квотербек должен иметь определённые навыки и играть в определённом стиле для того, чтобы преуспеть в НФЛ, уже не актуален, после того как Райли опровергает его уже третий год подряд. И это ещё одна причина, по которой Райли является столь желанным для команд лиги: он выглядит куда более идеологически гибким, чем тренеры, переходившие из студенческого футбола в недавнем прошлом, вроде Чипа Келли и Стива Спуррье.

Эти три квотербека, достигшие столь серьёзного прогресса под руководством Райли, «настолько разные во всём», по словам Квинси Эйвери, персонального тренера квотербеков, поработавшего с разыгрывающими самого высокого уровня, например, Дешоном Уотсоном. «Райли создавал нападения, в которых были видны принципы, за счёт которых можно было пробиться в НФЛ и преуспеть там. Он открыл НФЛ глаза на то, что, например, маленькие квотербеки также способны решать самые сложные задачи. Раньше вся эта философия была местечковой и никто не думал, что её можно использовать в НФЛ. Но Райли адаптировал Эйр Рэйд к профессиональному футболу».

Конечно, это не целиком и полностью заслуга Райли, но его успех раскрепостил НФЛ принимать изменения более охотно и внимательнее смотреть на университетскую и школьную возню. Скорее всего, именно этот фактор вдохновил «Аризону» на найм Кингсбери после того, как он был уволен из «Техас Тек» после шести сезонов с общим результатом 35-40, а также существенно поднял репутацию другим адептам Эйр Рэйда — например, уже упомянутому Моррису из «Университета Воплощённого Слова» и Грэму Харреллу, координатору нападения Университета Южной Калифорнии. Он отредактировал образ идеального квотербека, геометрию пасовой игры, а своим идеологическим оппонентам создал архетип консервативных и трусливых тренеров, которые скоро не будут никому нужны.

Пока Ступс настаивает, что он предвидел эти изменения ещё 20 лет назад, когда только нанял Лича, Мамм говорит, что его восхищает тот путь, который за последнее время проделал Эйр Рэйд — от странного эксперимента до мейнстримового явления. Когда ему было чуть за 30 и он тренировал в техасской школе, его цель была предельно простой: сделать игру как можно более интересной, чтобы те дети, которые ещё не занимались футболом, увидели в нём что-то привлекательное. Теперь он видит, что эти принципы распростанились по всему Техасу. «Они проделали шикарную работу по развитию этой идеи» — говорит он. «Футбол стал веселее».

Конечно, никто не знает, насколько долго продлится этот тренд. Футбол цикличен и невозможно предугадать его развитие, как и будущее Райли. Это действительно невероятно сложно, учитывая, что для него доступна практически любая работа как в студенческом, так и в профессиональном футболе. Сейчас циркулирует множество слухов, связанных с «Каубойс» — букмекеры считают, что, если Джейсон Гаррет будет уволен, то Райли будет одним из главных фаворитов  на пост главного тренера команды. Но если «Кливленд» решит расстаться с Фредди Китченсом, то кандидатура Райли будет также горячо обсуждаться из-за его опыта работы с Мейфилдом. Моррис говорит, что он никогда не говорил с Райли о перспективах того в НФЛ и не знает, какие у него долгосрочные цели — да и о том, есть ли эти цели вовсе. Иногда ему кажется, что чувак просто проведёт десяток лет в «Оклахоме», а потом в середине пятого десятка уедет в глушь охотиться и рыбачить.

Вне зависимости от того, что произойдёт дальше, Мамм понимает, что Райли дал развитию Эйр Рэйда серьёзный толчок. Футбол всегда был соткан из противоречий: ужасно консервативный видом спорта, который при этом жаждет новых идей, которые совершат в нём революцию. Вот почему Эйр Рэйд за пару десятилетий из чего-то мелкого превратился в определяющее явление: он просто возник в правильное время и был ведом правильными людьми. И Райли стал ключевым среди этих людей, он легко опровёрг множество устоявшихся мифов: что рост квотербеков крайне важен, что возраст тренера определяет качество принимаемых им решений, что там, где есть риск, лучше выбрать вариант, который кажется более безопасным. Мамм говорит, что почти не имеет значения, куда именно он идёт, если он следует главному принципу Эйр Рэйда: никогда не становиться нормальным. И если Райли продолжит раздвигать границы, есть все основания полагать, что революция не остановится.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
Loading...