Телефон пиликает без конца: раз-два-три, раз-два-три… каждая трель сигнализирует о полученном сообщении. Несколько сотен одинаковых сообщений…

Адам Гейз уже три года как должен был закончить колледж и найти «нормальную работу», как того хочет его отец, а он вместо этого работает скаутом в «Луизиана Стэйт» и никак не наскребет денег, чтобы оплатить свое обучение. Он мечтает о карьере в футболе, но у него ни влиятельных знакомых, ни громкого имени игрока, которое открыло бы перед ним все двери.

Он стоял на перепутье, а точнее – на углу Ист Пикард и Саут Изабелла Роудс в Маунт Плезант, штат Мичиган – в гриль-баре «Эпплби». Он только что приехал сюда от своих родителей, чтобы встретиться с другом своего отца, который работает в страховой компании – приехал на собеседование. Все прошло быстро. Для начала ему была предложена зарплата в 38000 долларов (в год), гибкий график и мелкие приятности, вроде возможности совмещать бизнес-встречи с игрой в гольф.

Продавай людям страховки, играй в гольф, живи припеваючи. И Гейз дал предварительное согласие.

А потом его телефон начал пиликать. Пиликать без конца.

Шесть месяцев спустя после одной из самых неуклюжих пресс-конференций в истории НФЛ Гейз готовится к открытию тренировочного лагеря – дебютного для него в роли главного тренера «Нью-Йорк Джетс» — команды, которая ни разу не выходила в Супербоул за полувековую историю. Его цель – опровергнуть теорию о том, что ты никогда не получишь второго шанса, если первое впечатление о тебе будет дурным, и Гейз знает лучший способ достижения цели – победа. Если он приведет эту франшизу к Трофею Ломбарди, его ставший мемом безумный взгляд, которым он ответил на вопрос журналиста, будет забыт, и он станет легендой Нью-Йорка.

https://www.instagram.com/p/Bw8PIyUHk8K/

«Я пришел сюда не для этого, — говорит он, сидя в своем кабинете в штабе «Джетс», подразумевая, что он не хочет быть тренером-звездой.  — Поэтому я выгляжу как полный идиот на пресс-конференциях и тому подобных мероприятиях. Мне нравится смотреть на то, как развиваются и преуспевают мои игроки. Быть с ними рядом, наставлять их и видеть, как они становятся лучше. Вот это по мне».

Гейз не был достаточно хорош для того, чтобы играть в футбол – он и новый главный тренер «Бронкос» Вик Фанджио – единственные в НФЛ на данный момент, кто занимает пост главного тренера, не имея за плечами игроцкого опыта (даже в студенческом футболе) – но он (Гейз) верит в то, что его предназначение в том, чтобы помогать игрокам становиться лучше. И пусть он не может щегольнуть перед ними своей легендарной игровой джерси или включить на командном собрании видео с нарезкой своих лучших розыгрышей, он неизменно впечатляет их своими знаниями о футболе и тягой к непрерывному самосовершенствованию – теми качествами, благодаря которым он прошел путь с самых низов до главного тренера команды НФЛ.

На каждом из этапов своего пути Гейз убеждался в том, что только выигрывает от того, что он «долбаный зануда». Был ли он безымянным оруженосцем Сэйбана в «Мичиган Стэйт» или назначал розыгрыши Пэйтону Мэннингу в «Денвере» — он приходил раньше всех и уходил последним. Никто не мог сравниться с ним в работоспособности. В этом был его единственный шанс закрепиться в негостеприимной среде, где не очень-то жалуют чужаков (а он, не игравший даже в колледже, именно таким и был). В течение 23 лет (за исключением той минутной слабости в гриль-баре «Эпплби») футбол был и остается смыслом его жизни.

«Редко встретишь настолько трудолюбивого человека, — сказал Ник Сэйбан в интервью ESPN. – У него острый ум, он очень быстро учится, схватывая на лету все то, что должен знать хороший тренер. И он неизменно расположен к людям, с которыми работает… мое предположение о том, что из него выйдет хороший тренер, оказалось правильным. Он сам пробил себе дорогу наверх и уже добился невероятных успехов. Но не сомневаюсь, что на этом он не остановится».

Футбол завладел мыслями Гейза еще в старшей школе, где он играл на позиции ресивера под началом тренера Рича Халкова. Он быстро понял, что не настолько одарен физически, чтобы играть в НСАА. «Он не был безнадежным, но не был и железным игроком стартового состава», — вспоминает Халков. Поэтому Гейз решил сосредоточиться на другой ипостаси футбола.

Помешанный на статистике паренек помогал тренерам с разбором игровых видео. К началу командного собрания в понедельник (а игры школьников проходят в пятницу) он успевал подготовить статистическую выкладку в табличной форме для каждого (!) розыгрыша прошедшей игры. Халков говорит, что это был единственный игрок в его 35-летней практике, который делал что-либо подобное. Он был настолько впечатлен скрупулезностью Адама, что порекомендовал его скауту «Мичиган Стэйт» Дину Пису, который приехал для того, чтобы завербовать в свою программу одного из лучших квотербеков-школьников страны Райана Ван Дайка. Это выглядело как-то так:

Халков: «У меня есть парень, который вам нужен».

Пис: «Ну да, Райан Ван Дайк».

Халков: «Нет, Адам Гейз».

Пис: «Кто-кто?»

Пис, познакомившись с Гейзом, дал ему свою визитку и сказал зайти к нему осенью. Так Гейз и поступил. Заселившись в общежитие, он перешел дорогу, зашел в штаб футбольной команды и показал секретарю визитку Писа. После часового ожидания тот принял его и с места в карьер поставил перед ним пугающую своим масштабом задачу: положив перед Адамом двухдюймовую папку-скоросшиватель с плейбуком «Кливленд Браунс» 1994 года, он предложил первокурснику воспроизвести ее в Экселе. Гейз взял папку и пошел в свою комнату, где у него стоял ноутбук, подаренный родителями на окончание школы.

И все завертелось.

Гейз стал этаким «внештатным сотрудником». Его работа состояла в том, что после каждой игры он воспроизводил плейколлинг соперника в формате таблицы и передавал данные тренерам. Поначалу он работал в своей комнате в общежитии, но его принтер был слишком медленным, поэтому он все чаще и чаще стал работать в офисе футбольной команды . Постепенно он перезнакомился там со всеми – а как могло быть иначе, ведь порой он просиживал там по 12-14 часов! На играх он стоял рядом с тренерами, записывая на карточках формации защиты соперников.

«Я был как рыба-прилипала, — говорит Гейз. – Я сказал себе: Пусть меня выгонят, сам я не уйду. И меня не выгоняли».

Придя в колледж, чтобы учиться на инженера-механика, Гейз был вынужден сменить специализацию, потому что не успевал учиться и заниматься футбольной аналитикой одновременно. Он хотел получить степень «Бакалавр футбольных наук», и это было ясно всем окружающим. Вот как друзья описывают типичный вечер выходного дня: Гейз (в узких кругах известный как Гусь) приходил «домой» около 11 часов вечера, после длинного рабочего дня в офисе футбольной команды, выпивал пару-тройку бутылок пива и ложился спать раньше остальных, чтобы с утра пораньше снова отправиться «на работу», где его всегда ждало неразобранное видео и куча статистической информации, которую он кропотливо анализировал, сортировал и сводил в таблицы.

«Вот то, чем я занимался в колледже, — вспоминает Гейз. — Меня чуть не выгнали, но это того стоило. В конце концов, именно за этими знаниями я туда и поехал».

Так он и жил. Будучи в штабе «Спартанцев», он вел истинно спартанский образ жизни. Один из однокурсников Гейза, Джефф Сэблек, говорит, что весь гардероб Адама в то время составляли пять серых футболок и пять пар джинс. Так продолжалось до того, как Гейз встретил свою будущую жену Дженнифер. Его миссией в «Мичиган Стэйт» было служение Сэйбену – он должен был произвести впечатление на тренера, который, несомненно, был только в начале впечатляющей карьеры. Гейз был и остается трудоголиком.

https://www.instagram.com/p/ByNn24ZHUok/

«Думаю, из таких парней, которым все достается тяжелым трудом, и получаются в итоге лучшие тренеры, — говорит Сэйбен, выигравший шесть национальных титулов (пять из них – с «Алабамой»). – Когда тебе все дается не так легко, как остальным, ты совершенно по-другому оцениваешь каждую возможность, которую дает тебе жизнь».

Гейз рассказал, что в первый год они с Сэйбеном разговаривали всего один раз. Это была случайная встреча в коридоре, и Ник спросил: «А это ты тот парень, который сам-по-себе-скаут?» Гейз кивнул, и Сэйбен сказал ему, что в одном из отчетов тот допустил ошибку, неверно обозначив построение защиты.

«Бог ты мой, — подумал Гейз. – Мне конец».

Но это был отнюдь не конец. Напротив, самое начало.

Когда Сэйбен получил должность главного тренера в «Луизиана Стэйт», единственным из своего штаба, кого он пригласил с собой, был Адам Гейз. В «Луизиана Стэйт» Гейз понял одну важную вещь – игроки будут слушать тебя, будь ты бывшим игроком НФЛ или будущим инженером-механиком, если то, что ты говоришь, делает их лучше. Эту истину до него донес сэйфти Райан Кларк (впоследствии отыгравший 13 сезонов в НФЛ), который поначалу не понимал, почему он, стартовый сэйфти, должен слушать ассистента – выпускника без игрового опыта. Кларк сказал Гейзу, что та информация, которую он получал от него, помогала ему  сделать два-три биг-плея за матч.

«Райан Кларк помог мне обрести уверенность в себе, — говорит Гейз. – А это было ой как важно в тот момент».

Адам не смог закончить обучение в «Луизиана Стэйт», ведь у него не было времени, чтобы собственно учиться. Он остался в должности скаута-стажера, увы, за весьма скромное вознаграждение. И в 25 лет, чувствуя, что топчется на месте, он отправился на собеседование на должность страхового агента.

За то время, что он провел в «Мичиган Стэйт» в должности тени Ника Сэйбена, Гусь все же обзавелся хорошими друзьями. Оказывается, он успевал и веселиться. В выпускной год он жил в доме, где в центре гостиной располагался надувной бассейн – излюбленное место для просмотра ТВ. И когда его друзья, Джефф Сэблек, Скотт Энгроув и Нейт Лэмбертсон, узнали, что Гейз собирается сменить род деятельности, они решили, что ни за что не позволят ему отказаться от мечты. И начали строчить сообщения…

«У каждого – своя мечта. Его мечтой был футбол, — говорит Сэблек. – Я понимаю, он оказался в сложной ситуации. Но он был в команде Сэйбена. Сэйбена, который неспроста что-то в нем разглядел. Мы — Скотт, Нейт и я — были настроены чертовски серьезно. Мы сказали, что если он не останется в «Луизиана Стэйт», мы проедем 18 часов до Луизианы специально для того, чтобы хорошенько вздуть его».

«Мои друзья по колледжу сказали: Ты что, рехнулся? Иди до конца. Неужели ты променяешь футбол на работу страхового агента? И я подумал: а ведь они правы. Плевать, я буду грызть землю, но добьюсь своего!» — так вспоминает «поворотный момент» сам Гейз.

И он остался. Не в «Луизиана Стэйт», но в футболе. Он пошел стажером в  отдел персонала «Детройт Лайонс», где получал 1000 долларов в месяц, а жил у своих дяди и тети за городом. По воскресеньям он работал сверхурочно, разбирая записи игр для остальных команд лиги.

Именно в «Детройте» он почувствовал тягу к тренерской работе. В отделе персонала он не мог взаимодействовать с игроками так, как ему бы этого хотелось, и он снова включил режим «надоеды», упрашивая тренеров дать ему шанс. И тренер раннинбеков Том Рэтмен открыл перед ним эту дверь, попросив поработать с Артозом Пиннером, бегущим, у которого были проблемы с обучением в группе. Гейз принял вызов и стал «репетитором» проблемного парня.

https://www.instagram.com/p/BsguGgpHtpC/

Там же, в Детройте, Гейз познакомился с Майком Мартцем, который стал его ментором на тренерском поприще. Мартц, бывший в то время координатором нападения «Лайонс», в 2007 году назначил Гейза тренером квотербеков – его первый тренерский пост. Мартц импонировал Адаму не только своей агрессивной концепцией пасовой игры, но и тем, как он держал себя перед игроками.

«Этот налет развязности в его манерах, — рассказывает Гейз о Мартце, который в свое время был частью «Величайшего шоу на земле» (Greatest Show on Turf), работая с «Сент-Луис Рэмс». – Было круто просто находиться рядом с ним».

«Я словно напитывался уверенностью, работая с ним», — рассказывает Гейз о своем сотрудничестве с Мартцем, которое продолжилось в сезоне 2008 года в «Сан-Франциско». Далее – работа с Мэннингом в «Денвере», где нападение ставило рекорд за рекордом, а Гейз заявил о себе, как о состоявшемся претенденте на пост главного тренера.

«Кто-то скажет вам: Пэйтон Мэннинг, да с ним может работать кто угодно! — говорит бывший тренер «Денвера» Джон Фокс. – Но это не так. Каждому квотербеку нужны ключи к защите, и Адам проделал невероятную работу, дав Пэйтону ключи от всех дверей».

Окно больших возможностей открылось перед Гейзом в 2016 году, когда «Долфинс» наняли его на пост главного тренера. И в первый же год он вывел команду в плей-офф, впервые за последние восемь лет. Однако после такого многообещающего начала, их дороги с «Майами» разошлись – Алам был уволен по окончании прошедшего сезона. Оглядываясь назад, Гейз говорит: «Это моя вина. Я не сошелся характером с владельцем (Джоном Россом)».

С «Джетс» он оказался в похожей ситуации – франшиза, жаждущая больших побед, восьмилетнее отсутствие в плей-офф… В команде верят, что Гейз, признанный специалист по нападению и сильная личность, сможет привить игрокам менталитет победителей.

Он работал с многими великими людьми футбола – от Сэйбена и Мартца до Мэннинга, теперь пришло время показать себя. А внезапная отставка генерального менеджера Майка Маккэнена в минувшем мае только повысила градус всеобщего любопытства. Всем известно, что Гейз в словесных перепалках частенько теряет контроль. Но нового генменеджера Джо Дугласа он характеризует как родственную душу.

https://www.instagram.com/p/Bysj88IF_4C/

«Джо – лучший в своем деле, — говорит Гейз. – Я впечатлен тем, как его уважают тренеры. А тренеры – это такие люди, которые воображают, что они знают, блин, все обо всем. А про Джо они говорят, что он хорошо знает игроков, разбирается в них. Поверьте, когда тренер линии нападения говорит, что скаут – эксперт в линейных нападения, это дорогого стоит. Такое не часто услышишь. А про него говорят, что он разбирается и в квотербеках, и в линейных, и во всех остальных. Это не может не радовать».

В свои 41 Гейз уже ветеран НФЛ с 16-летним опытом, но у него до сих пор нет перстня победителя Супербоула. Ближе всего к трофею он был в 2013 году с «Денвером», но в тот раз «Сихокс» размазали «Бронкос» по полю тонким слоем, одержав победу со счетом 43-8. Это был один из тех моментов, когда синусоида карьеры Гейза нырнула вниз, и это произошло на его теперь уже домашнем «Метлайф Стэдиум».

«Мы были невероятно близки к тому, чтобы завоевать Супербоул, но вместо этого нам надрали задницу, — говорит он. – Нас словно не было на поле. Я хочу вернуться и выиграть. Ужасно хочу. И я не успокоюсь, пока не сделаю этого».

Гейз готов вернуться к работе, готов снова грызть землю и снова следовать за своей мечтой, которая ведет его с низов на самый верх. И мы не вправе упрекать его в том, что он поехал тогда на собеседование.

В гриль-бар «Эпплби».

Читайте также: «Джетс» стали искать тренера ещё до увольнения Боулса. Это некрасиво

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.