Этот текст планировался уже давно и пережил несколько стадий развития темы. Изначально он был в защиту выбора Сакуона Баркли вторым общим пиком на драфте-2018. В феврале этого года он должен был стать попыткой найти рациональное зерно в действиях Дэйва Гетлмена: почему команда молчит по поводу контракта Лэндона Коллинса, почему не решают проблему Илая Мэннинга?

После обмена Оделла Бекхэма текст превратился в крик отчаянья и, кажется, им и останется.

***

Менеджмент франшизы НФЛ — сложная работа, действительно успешны в ней единицы. Логично, что руководитель будет совершать ошибки или просто нелогичные ходы, которые не будут сходу поняты аудиторией и экспертами, тем более, что зачастую существуют веские, но неочевидные причины (читай: внутренняя кухня). Дэйв Гетлмен заслужил кредит доверия хотя бы потому, что его опыт в «Каролине» стоит однозначно считать успешным — в трех из четырех сезонов «Пантерс» играли в плей-офф, а в 2016-м и вовсе вышли в Супербоул.

Embed from Getty Images

Каждое решение Гетлмена в отдельности не выглядит катастрофой. Обмен Джейсона Пьера-Пола в прошлом году можно было истолковать необходимостью очистить зарплатную ведомость под контракт Бекхэма. Бесконечные вторые шансы для Эрека Флауерса вполне сочетались с отсутствием внятных альтернатив. Выбор Сакуона Баркли выглядел даже логичным еще под новый год, когда стало ясно, что «Джайентс» станут снова выбирать высоко и квотербеки на драфте будут. Расставание с Коллинсом было крайне неприятным, но на фоне финансовых сложностей, богатого рынка сейфти и особых пожеланий Джеймса Бетчера к позиции, казалось объяснимым. Даже веру в Илая можно простить — один из лучших разыгрывающих в истории франшизы заслужил особое отношение к себе.

Однако просто от перечисления этих решений становится дурно — они все сделаны за один календарный год. Когда добавляешь сюда «обмен Бекхэма», непроизвольно начинает тошнить.

И это только верхушка айсберга. Реальный масштаб проблем ещё серьёзнее, чем кажется.

Deep blue water

Как говорилось ранее, любое из решений Гетлмена на самом деле может быть рационально объяснено и при определенных обстоятельствах стало бы даже удачей. Но фортуна пока что улыбается примерно так: на дополнительном драфте в прошлом году «Гиганты» взяли корнербека Сэма Била, который мгновенно вылетел на сезон. Это стоило выбора в третьем раунде драфта-2019.

Чтобы весь этот поток решений приводил к чему-то позитивному, необходимо совершенно невероятное стечение обстоятельств. Но обстоятельства сложились вполне рядовые и грустная правда в том, что многие решения являются следствием необходимости выбирать между плохим и очень плохим вариантом.

Embed from Getty Images

Сезон-2018 команда провела с $44 млн «мертвых» денег. Это стало результатом обмена Пьера-Пола в «Тампу» сразу после подписания долгосрочного контракта ($15 млн). В этот год «Биг Блю» снова входят с гирей в $34 млн. Чуть меньше половины этой суммы — бонус Оделлу Бекхэму, которого фронт-офис «подписывал не для того, чтобы обменять». И если контракты Оливье Вернона и Деймона Харрисона еще можно спихнуть на недальновидность предыдущего генерального менеджера Джерри Риза, то выплаты Патрику Омаме, Илаю Эпплу и Коннору Барвину — результат работы Гетлмена. Он подходит к комплектованию ростера на два шага позади любой другой организации, что и приводит к невозможности найти денег, к примеру, на Коллинса.

По самим решениям администрации невозможно понять, к чему команда идет. Когда в середине сезона решили обменять Харрисона, появилось ощущение, что «Гиганты» уходят в перестройку, расчищая зарплатную ведомость и набирая пики для драфта. Однако того же Джанориса Дженкинса эта политика не коснулась, а новый сезон франшиза начала с подписания контракта с Алексом Танни — третьим квотербеком в ростере. Если «Джайентс» все-таки возьмут квотербека на ближайшем драфте, то к началу сезона они подойдут с четырьмя (!) разыгрывающими. Кого бы ни отчислили, это вновь будут деньги или драфт-пики (Кайл Лаулетта был выбран в четвертом раунде в прошлом году), выброшенные на ветер, и это очевидно уже сейчас.

Место Бекхэма в команде теперь займет Голден Тейт. Принимающий, которому к первой игре стукнет 31 год, получил контракт на 4 года и $23 млн гарантированных. Если в следующем году будет опять принято решение уходить в перестройку, это будут очередные $15 млн мертвых денег.

Как так вышло

Журналисты уже не первый год ругают фронт-офис «Джайентс», привычно сводя все к фигуре Илая Мэннинга. Поставить квотербека в центр всех неудач кажется уж слишком простым решением. Беда в том, что он действительно является если не корнем многих проблем, то как минимум косвенным участником.

Embed from Getty Images
В эпизоде подкаста RotoUnderworld под названием Big Blue Bubble Boy Мэтт Келли и Эван Силва достаточно подробно отследили хронику пикирования команды на дно НФЛ, обнаружив, что Джон Мара чрезмерно восприимчив к критике со стороны нью-йоркских медиа, в частности радиоведущего Майка Франчесы. Замечания последнего часто воспринимаются ключевыми людьми франшизы как руководство к действию — вплоть до того, что с Коллинсом никто даже не начинал переговоры по контракту, следуя мнению Франчесы, что тот бесполезен в прикрытии. На вид это немного надуманно, но после рассказа самого Мары о том, что он принял решение обменивать Оделла в машине по дороге домой, уже не кажется таким уж абсурдом. Просто представьте, что в той самой машине было включено радио и через него один старик говорил другому старику (Мара и Франчеса оба 1954 года рождения), что вести себя как Бэкхем и носить джерси великой команды недопустимо.

История с неудачной заменой Тома Кофлина на Бена Макаду превратила владельцев в консерваторов по части футбольных операций («наконец-то у нас кто-то взрослый» — так  отзывался Мара о Пэте Шермуре после назначения) и теперь они ищут спасения в том, что приносило им результаты раньше. Илай Мэннинг — это не только ностальгия первых лиц по плей-офф, это еще и любимец болельщиков и, вы удивитесь, медиа (даже в First & Goal не поняли решения заменить его на Джино Смита). И когда Франчеса говорит о том, что Илаю нужно просто дать хорошую линию, Мара ему верит. Это привело к тому, что когда Макаду утащил за собой в небытие бывшего генерального менеджера Джерри Риза, замену ему искали под концепцию с Илаем в старте. В итоге команда, остро нуждающаяся в серьезных переменах и новой стратегии, получила консервативного генерального менеджера без четкого плана.

Embed from Getty Images

Если пытаться анализировать действия Гетлмена и Джона Мары (еще есть Стивен Тиш, но его позиция редко попадает в прессу), то появляется ощущение, что страх перед еще более худшими последствиями и является основным мотивом к принятию решений. За Мэннинга держатся потому, что есть риск не угадать с новым квотербеком и все станет еще хуже; Тейта подписали как самого звездного ресивера из доступных в попытке заменить Бэкхема; самого Оделла обменяли, видимо, потому что боялись, что он может устроить забастовку как Антонио Браун и его придется отдавать за бесценок.

Что ожидать от команды дальше

«Джайентс» не одиноки в истории сваливания команды в штопор из-за неоднозначных действия менеджмента. Даже среди сегодняшних лидеров можно вспомнить и «Чикаго», семь лет не выходивший в плей-офф, и «Рэмс», которые 12 сезонов плелись в хвосте НФК Запад, и даже совсем уж хрестоматийный «Кливленд». Многие команды, не сумевшие сделать перестройку на лету, оказывались в сложном положении и растягивали свое мучение страхом удариться о дно. Все без исключения выбирались назад через драфт, и, кто знает, возможно, два пика в первом раунде этого драфта — тот самый капитал, благодаря которому команде удастся изменить вектор движения и ударом о дно был именно сезон-2017. В конце концов, даже «Рэмс» сначала взяли Тодда Герли, а потом уже поднимались за Гоффом.

Однако все это убивается бессистемностью действий Гетлмена и очередным сезоном с багажом мертвых денег в зарплатной ведомости. Если по итогам прошедшего сезона казалось, что «Гигантам» достаточно точечных изменений на отдельных позициях, то теперь количество белых пятен только выросло и на решение проблем понадобится не один год с новыми конфликтами, отчислением лидеров и новыми мертвыми деньгами. Слишком многое говорит о том, что у лиги появился новый цвет скорби.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.