7 марта в Москве прошло совещание по вопросам организации и проведения чемпионата страны по футболу. Леонид Анфицеров узнал у представителя ФАФР (Федерация американского футбола в России — Прим. ред.) Артема Полякова, каким будет турнир и есть ли шанс у нас догнать в будущем ведущие европейские лиги.

«Подумал, когда мне звездить-то?»

– Артём, за два года ты прошел путь от обычного игрока до одного из менеджеров федерации. Как все начиналось?

– В американский футбол я пришел из ниоткуда. Увидел объявление в ВКонтакте, там говорилось о наборе в команду по американскому футболу. Просто пришел на тренировку, поймал пару раз мяч, понял, что у меня получится, и остался.

Но тут надо рассказать, наверное, и о другой истории. Всегда смотрел фильмы про американский футбол, несколько Супербоулов по «НТВ-Плюс». В ноябре 2012-го мы с братом разговаривали о том, что жалко, что в Ярославле нет американского футбола, мы бы занялись, побегали, попрыгали. Как потом выяснилось, в это время параллельно с нами сидел один студент Демидовского университета (ЯрГУ им. Демидова — Прим. ред.) и тоже думал, чем бы таким интересным и веселым заняться, чего нет в городе. И придумал сделать американский футбол. Бейсбол в Ярославле уже был.

Получилось, что мысли людей притягивают. В январе они начали набор, два месяца собирались, занимались в зале, потихонечку набирали, потом сделали объявление через ВКонтакте, Фэйсбук. Сегодня ровно два года, как я пришел на первую свою тренировку. У нас тогда в марте пришли пять человек, которые остались до сих пор. Из тех, кто пришли до нас, остались четыре человека.

– Какова сейчас твоя роль в «Рэбелс»? Или деятельность больше с ярославской федерацией связана?

– Фактически моя роль сводится к тому, что я руковожу и командой, и федерацией, принимаю все решения. Потому что я, наверное, единственный человек, у которого на тот момент было, благодаря профессии (если кто не знает, я профессиональный судья по соккеру), достаточно времени для дел команды. Времени и интереса. Я никогда не стремился на ведущие роли вначале, но так получилось, что все стало замыкаться на мне. Сейчас мы принимаем все решения сообща, но окончательное решение в итоге за мной. То есть, я генеральный менеджер «Рэбелс».

rebels

Уже спустя два года мы играем на равных со всеми командами, которые выступают в чемпионате России. Когда я приходил в американский футбол, мне было 29 лет. Я посмотрел в свой паспорт и подумал – так, если играть (я оценил развитие команд, сколько времени у них уходит на покупку экипировки, сколько до первого товарищеского матча), то потребуется что-то около трех-пяти лет, чтобы выйти на российский уровень. Подумал, когда мне звездить-то? Если я в свои 32-33 только начну по-человечески играть? А с другой стороны, другим ребятам тоже тяжело, в течение стольких лет не задаваясь целью удерживать людей в команде, нигде не играя. Пришли к тому, что надо побыстрее все брать в свои руки, все двигать, определяться с планами. Вот так мы с Кириллом Подвысоцким, которому тогда было 28, все взяли в свои руки, начали планировать работу и пришли к тому, что имеем сейчас.

– Как ты начал работать с ФАФР?

– Спустя месяц после начала нашей деятельности мы отправились на стажировку в Нижний Новгород, в команду «Бронкос» к тренеру Николаю Нестерову, который нас принял, показал нам первую игру. Мы тогда впервые померили шлема, каркасы. Нам понравилось, захотели продолжать.

polyakov-broncos

«Бронкос» тогда только начинали играть в чемпионате России, состав был небольшой, а мы свою ярославскую команду, конечно, спустя два месяца не могли заявить в чемпионат России. Поэтому возник вариант заявки нас на сезон за «Бронкос». В качестве помощи тренеру я говорю, что занимался заявками у себя федерации, поэтому могу помочь заполнить документы, мне ближе съездить в Москву. Впервые поехав с заявочными листами «Бронкос», я познакомился с Евгением Чеховым (в 2013 году Евгений Чехов был главным судьей Чемпионата России — прим. ред.). Он меня в 7 утра встретил на ярославском вокзале, и мы с ним просидели, просто разговаривая, часа четыре. Он вводил меня в курс дела, рассказывал, что существует в американском футболе, что в России происходит, как все задействовано в Европейской федерации.

А дальше по ходу сезона чемпионата России 2013 года пересекались. Я сказал, что наша команда готова участвовать в следующем чемпионате страны. В феврале 2014-го я приехал на собрание, и с тех пор московские судьи, и Евгений Чехов в частности, приезжали к нам на матчи, мы так контактировали. На том же собрании, что было в феврале, я познакомился со всеми членами исполкома, стали общаться по поводу футбола.

– Какая у тебя сейчас там роль?

– В ФАФР я возглавляю комитет по организации проведения соревнований. В мою зону ответственности входят все соревнования, проводимые на территории Российской Федерации по американскому футболу под эгидой ФАФР.

– Какие это турниры, помимо чемпионата России?

– Это Кубок России, это первенство юношей и, скажем так, не совсем официальные соревнования ФАФР, которые еще как вид спорта не зарегистрированы: соревнования по женскому футболу и по флаг-футболу. Мы ведем работу по оформлению их как видов спорта. Сейчас мы их проводим как под эгидой ФАФР, в Минспорта они еще не зарегистрированы. Но это вопрос времени.

 

«Сколько у тебя зрителей на трибуне – ровно настолько ты интересен окружающим»

– Расскажи про прошедшую встречу 7 марта по поводу грядущего сезона. Каким будет чемпионат России?

– Надо сразу распределить: многие любители американского футбола не могут для себя отличить конференцию ФАФР и собрание по чемпионату России. Это абсолютно два разных мероприятия, которые были просто проведены в один день для удобства людей, которые туда приезжают. Это два разных мероприятия, посвященных абсолютно разным событиям.

На конференции был вынесен ряд вопросов. Самый главный вопрос заключался в том, чтобы изменить устав ФАФР в связи со сменой статуса федерации на международный. Все решения принимались единогласно. Многих, наверное, интересует, присутствовали ли люди, которые, скажем так, занимали активную позицию. Да, они присутствовали, и с ними получился очень конструктивный диалог. Во время конференции и после, уже в неформальном общении.

Что касаемо непосредственно чемпионата России, я вел это совещание. Мною была доложена вся ситуация. Я думаю, что в ближайшее время мы напишем отчет об этой конференции, на которой было озвучено самое главное: формат проведения чемпионата России, что тоже никак не вызвало никаких споров. Много было вопросов до проведения конференции – бюджет, куда будут тратиться средства, поэтому я дал полный отчет, какой бюджет планировался до, какой получается сейчас после подтверждения от команд.

Принято решение о проведении Кубка России. Уже сегодня я приступаю к согласованию регламента с исполкомом ФАФР. В ближайшее время это положение увидит свет. Также было доложено о проведении первенства среди юношей и Кубка России среди женских команд по американскому футболу и по флаг-футболу.

– Схема остается та же, что озвучивалась ранее – с территориальными дивизионами и Суперлигой?

– Да, эта схема осталась практически неизменной за исключением того, что дивизион «Кама» и «Юг» не сформировалось, ни одной команды от них не заявилось. Поэтому команды, которые были спарены с ними, просто начнут свое выступление с более ранних стадий. А так все осталось без изменений. Эта схема заложена не на сегодня, не на завтра, а на будущее с перспективой того, чтобы использовать ее каждый год. Естественно, мы не будем исключать появление команд из Сибири, Дальнего Востока, но это вопрос времени. Будут команды – будем смотреть, что нам можно изменить в этой ситуации.

– Раньше чемпионат проводился каждый раз по-новому, не было никакой стабильности. Почему сейчас  ты уверен, что чемпионат будет проводиться по утвержденной только что схеме?

Выстраиваю цель так, что я пришел сюда не на год и не на два, и что только своей работой я продемонстрирую, насколько я здесь задержусь

– Я для себя выстраиваю цель так, что я пришел сюда не на год и не на два, и что только своей работой я продемонстрирую, насколько я здесь задержусь. Но выстраивать свою работу я должен не сегодняшним днем, а с прицелом на будущее. Соответственно, схему я готовил, проанализировав ситуацию с командами, которые сейчас существуют, которые реально могли бы на что-нибудь претендовать и стабильно играть, у которых есть определенная база для участия в чемпионате. Исходя из этого я составил территориальную составляющую, потому что разъезды – это самая большая статья расходов. Попытался максимально объединить города в единые зоны, дивизионы. И выстроить им систему для продвижения наверх исходя из этого территориального принципа, а не так, как бы вдруг захотелось.

Любая команда, которая появляется в России, сталкивается с неопределенностью в дальнейшей судьбе – где им играть, как им играть, что их ожидает. Я сам с этим столкнулся со своей командой. Делая такую систему и утверждая ее на несколько лет, мы даем командам стабильность и понимание, к чему они могут стремиться и к чему они должны стремиться. Тогда у команд появляются четкие цели и перспективы, исходя из которых они могут выстраивать работу.

– В чем причина того, что некоторые регионы отказываются участвовать в чемпионате России?

– Все банально: финансы и доверие. Я сюда пришел, имея за плечами только работу в клубе, мою работу в федерации никто из сообщества американского футбола не видел.

Но в Ярославской области и в пределах Золотого кольца все знают, как я работаю. На какой уровень мы смогли поднять футбол и мини-футбол (Артём Поляков занимает должность Председателя комитета по развитию и пропаганде Ассоциации мини-футбола «Золотое кольцо» — прим. ред.). Там, где мы есть, всегда все было хорошо, люди понимали, за что они платят и почему они участвуют в наших соревнованиях. Здесь я еще не выработал кредит доверия. Многие понимали, что я готов делать, поэтому были готовы вносить свои деньги, потому что понимают – если ничего не делать и ничего не платить, то ничего не будет.

Другие же, скажем так, не нашли возможности. Если сравнивать с прошлым годом, то увеличение финансов десятикратное. Многие просто заняли выжидательную позицию, чтобы потом принять решение. Посмотреть, провалюсь я или не провалюсь. Это их право, и ничего здесь такого страшного нет.

Все команды стремятся играть на высоком уровне. Это вопрос цены и качества.

polyakov-champ

– В чем причина многочисленных скандалов в соцсетях среди руководства Федерации? Когда это прекратится?

– Многие не совсем правильно оценивают ситуацию, происходящую в российском футболе. Многое сводилось к трем личностям, которых прозвали «Три К». Их претензии относились к работе ФАФР: как непосредственно к работе федерации, так и, например,  к регламенту. Были моменты, которые они считали неправильными, но даже здесь мы найдем общий язык.

У многих негодование сводилось к тому, что чемпионат России проводится неверно или «оккупируется». Многие предъявляли претензии к работе ФАФР, к чему мой комитет имеет опосредованное отношение.

Кто с кем спорил, многие даже не понимали. Если люди вступают в оппозицию, это их право. Я специально ни во что не вмешивался, потому что уважаю каждого, кто участвует в этой полемике и нахожу для себя ту информацию, которая мне необходима. Это вполне нормальная история, я ее ожидал.

Чем мне всегда нравился американский футбол, так это тем, что здесь нет безразличных людей. У каждого есть свое мнение, у каждого есть желание что-то делать на местах. Благодаря этому я вижу большие перспективы развития футбола. Люди высказывают свою позицию. Гасить какие-то обсуждения нет смысла. Есть смысл продолжать работу и доказывать, что выбранный нами вектор направления – правильный.

С другой стороны, почему все это выглядит сплошным негативом: потому что зачастую людям проще вылить свое недовольство в сети с попыткой наставить на путь истинный, как они считают. С другой стороны, люди, которых устраивает выбранный путь развития, не вступают в полемику на защиту выбранного курса. Мы же не видим в соцсетях всех участников процесса. Многие просто не вступают в перепалку, но высказывают устную поддержку лично мне и нашему комитету. А если кто-то ругается, ну пусть. Посмотрим, что будет, когда станут происходить положительные вещи. Когда происходит что-то положительное, они молчат. Похвалы от них не услышишь.

Мы же видим в соцсетях всех участников процесса. Многие просто не вступают в перепалку, но высказывают устную поддержку лично мне и нашему комитету

– Сколько нам нужно лет, чтобы догнать ведущие европейские лиги – тех же немцев. Есть ли такая задача вообще?

– Есть задача построить сильное соревнование. Назовем ее лигой, поскольку в последнее время идет тенденция – создание закрытых лиг, в которых во главу угла поставлена коммерческая деятельность. Что нам нужно? Вывести наш спорт хотя бы на полупрофессиональный уровень. Для того, чтобы сделать это, нам нужно много составляющих: определенный уровень игры, судейства, командного менеджмента и создание команды, которая занимается этой лигой. Если все эти составляющие выводить на высокий уровень, то соответственно, такого же уровня будет и наше внутреннее соревнование.

Загадывать, через сколько это лет будет – через пять, десять – я не могу, потому что нахожусь в этой работе всего два-три месяца. С моей стороны будет глупо заявлять, что я через три года построю вам хотя бы австрийский чемпионат. С другой стороны, я это планирую. Гарантировать не могу, поскольку нет многих составляющих для успешной работы – в первую очередь, финансирования. Но задача подтянуть этот момент как раз стоит перед менеджментом лиги и перед руководством команд. Если команда финансово устойчива на своем уровне, то соответственно, она будет устойчива и на соревнованиях.

Команды уже сейчас во внутреннем процессе выстраивания своей деятельности, они должны находить опору не только в спортивной составляющей, но и в организаторской, то есть в менеджменте. Они уже должны работать над своим клубом не как просто как над командой, но как над спортивным брендом. Тогда все это будет двигаться намного быстрее и энергичней.

Самая важная составляющая во всем этом процессе – это посещение матчей, зрительский интерес. Сколько у тебя зрителей находится на трибуне – ровно настолько ты интересен окружающим, настолько популярен твой вид спорта. Далеко за примером ходить не надо – наш соккер, на котором мы собираем от силы треть аудитории. У всех команд сейчас есть возможность сделать продукт внутри себя, который бы позволил нам конкурировать с ведущими видами спорта путем зрительской аудитории.

audience

У нас есть уникальная возможность выстроить спорт именно так, каким он и должен быть. Когда наши спортсмены понимают, почему и за что они будут получать свои деньги. Если у тебя, условно говоря, на трибуне тысяча человек, у которых цена билета по 100 рублей, вот весь твой ответ, сколько денег вы стоите. Вы стоите как ваша игра, потому что именно билеты на матчи являются одной из составляющих бюджета любой спортивной организации. Вот вам аналогия с нашими клубами, которые находятся на государственном финансировании, тратят бюджетные деньги, и их не волнует, сколько там болельщиков приходит на матчи.

– У бывшего владельца «Черного шторма» Михаила Зальцмана была мечта догнать НФЛ за пару лет. Какое у тебя отношение к таким идеям?

– Моя любимая фраза последнего времени – «все, что сейчас существует, когда-то было чьей-то мечтой». Именно наши мечты двигают нас вперед. Как я отношусь к господину Зальцману? Я его не знаю. Никогда с ним не встречался. Он задвинул качественную идею, в которой есть смысл. Скажем так, это отвечает амбициям нашей страны. Правда, у меня в этом плане немножко другие взгляды.

Когда Зальцман пришел, многие поверили, что вот сейчас богатый дядя или корпорация за нас решит все проблемы. А на самом деле, мы-то ничему от этого не научимся. Мы просто получим кучу денег. Денег, которые позволят обеспечить финансирование на три года (настолько был рассчитан бизнес-план). И мы три года живем безбедно. Но чему мы научимся за это время? Как мы научимся извлекать из этого процесса прибыль? Ответов тогда не было.

Рост и взросление у нас будут осуществляться своими силами. Я ничего плохого не вижу в том, что мы самостоятельно научимся привлекать деньги и будем реально оценивать, чего мы сами на самом деле стоим.

– Какие сейчас отношения у ФАФР с федерациями стран СНГ?

– На этот вопрос я, к сожалению, не могу ответить. Я в ФАФР только возглавляю комитет, поэтому у меня нет ответов. Я лично с ними не контактирую. Это не входит в мои полномочия.

– Рассматривался ли вариант проводить чемпионат России по аналогии с НСАА и разыгрывать Боулы между победителями дивизионов? Чтобы командам нужно было куда-то далеко уезжать, грубо говоря, только раз в год.

– Да, такие планы имеются. Когда есть команды, попадающие в плей-офф, а не попавшие могут играть различные боулы. Не форсирую события, поскольку надо бы сперва добиться какой-то системы, определенности. И уже в дальнейшем думать о боулах. Лично я считаю правильным, когда команда по итогам сезона поучаствовала еще в каком-то дополнительном матче, взяла для себя какую-то награду, которая будет почетной. Возможно, уже в следующем году это будет внедрено.

– На нашей встрече в Петрозаводске ты рассказывал об информационной системе для футболистов, судей и тренеров. Когда она заработает в полную силу?

– В полную силу, сказать трудно, потому что работа системы ограничивается только нашей фантазией. Определенный минимум мы должны проделать уже сейчас. Что самое важное на данном этапе – это создание базы тренеров, игроков, судей и команд. Имея на руках такую базу, можно составлять различную статистику. То есть, команды у нас образуют соревнования, игроки образуют составы команд, судьи и тренеры у нас участвуют в матчах. Исходя из этого можно считать статистику.

polyakov-profile

На первом этапе можно вести хотя бы вести счета, набранные очки, кто принял участие в матче. А дальше можно из этого выстраивать все что угодно. Вопрос приоритетов – от малого к большему. Раньше даже счетов не было нигде. Если в этом году у нас будут результаты матчей и количество набранных очков, даже не ярдов, то это уже будет большой шаг вперед.

Сделать статистику по типу НФЛ не так сложно, вопрос в качестве наполнения. У нас поля не имеют необходимой разметки, чтобы грамотно считать ярды. Надеюсь, со временем мы к этому придем. В этом году посмотрим, что можно будет сделать. Если сделаем минимум, прирастить к этому что-то новенькое будет не так сложно.

– Как ты относишься к тому, что в прошлом году к нам в любительский чемпионат России в команды приглашались легионеры-профи на контракты?

– Все зависит от финансовой возможности той или иной команды. Если у людей есть возможность приглашать к себе хороших игроков, и регламент это позволяет, то никаких проблем. А правильно это было сделано или неправильно, покажет результат. Я отношусь к этому нормально. Не скажу, что я двумя руками за то, чтобы мы приглашали игроков на огромные контракты, но и чтобы мы тут все играли просто так, тоже не вижу ничего хорошего.

Если у тебя есть богатый спонсор, который может пригласить хороших игроков и дать результат, это твое дело.

– Есть ли у тебя планы отдалиться от команды и сосредоточиться только на работе в ФАФР?

– Моя нынешняя профессия за семь лет наложила отпечаток тем, что я разучился болеть. Так же внутри себя я научился отделять клубные вопросы от вопросов федерации. У меня есть люди, с которыми я держу руку на пульсе, чтобы команда продолжала двигаться. И тем временем я занимаюсь чемпионатом России. Занимаясь еще клубом, я понимаю то положение, в котором находятся клубы. Могу на своем примере понимать, что происходит с любой командой в России.

Многие считают, что я лоббирую свой клуб, попадая в Суперлигу и так далее. У меня же ощущение, что я подставляю свою команду. Я бы мог спокойно поставить ее в дивизион, где мы бы могли играть и даже зарабатывать победы. Условно говоря, я бы сейчас подписался с Череповцом, который заявился в чемпионат России. Сказал бы, что мне в дивизионе неплохо, договорился бы, условно говоря, с «Драконами», с которыми мы неплохо сыграли, вышел бы в плей-офф и кричал бы на каждом углу, что я вышел в плей-офф. Вместо этого наш клуб идет играть с сильнейшими в России. Что нас там ждет, мы догадываемся. Но это позволяет ставить перед собой цели.

Устроил бы я такой дивизион, все бы сказали, что я выстроил его под себя, чтобы попасть в плей-офф. Включил себя в Суперлигу – все говорят, вот, пролоббировал интересы, назвал себя Суперлигой. Всегда будет критика. Посмотрим, к чему это все приведет.

 

«Подарили Фитцджеральду матрешки»

– Расскажи про приезд в Россию Ларри Фитцджеральда. Как это все организовалось?

– Представители туристической фирмы, в которую он обратился, прислали письмо. Они долго искали контакты в ФАФР. Нашли, прислали письмо, где говорилось, что к нам приедет игрок «Аризоны Кардиналс» Ларри Фитцджеральд, и ему было бы интересно встретиться с футбольным сообществом. Я сразу же дал свой контакт. Мне прислали номер телефона, мы связались, переговорили.

Сначала предполагалось, что это будет неформальная встреча за чаем где-нибудь в кафе на два часа в понедельник перед отъездом в Петербург. Я подумал, какой смысл сидеть просто так пить чай, когда можно сделать, чтоб он приехал на тренировку в выходной день, чтобы с ним могло встретиться больше народу. Обратился с этим предложением к московской команде «Юнайтед». Они специально организовали под это дело тренировку.

polyakov-fitz

Ларри раздавал автографы, смотрел на реалии американского футбола в России. Когда мы разъехались, я отправил сообщение организаторам туристической фирмы, поблагодарил их за организацию. Они говорят, что самое главное, чтобы клиент был доволен, а он, судя по всему, был очень доволен. Значит, визит удался.

– Почему именно «Юнайтед»?

– У меня нормальные отношения с этой командой. Узнал, что «Патриоты» в тот момент не тренировались, а главный тренер был в отъезде. К тому же, к ним и так ездят различные игроки НФЛ: из «Пэтриотс», например, и других команд. Подумал, почему бы не дать возможность другой команде, принимающей участие в чемпионате России? Они быстро сорганизовались, так что мне не пришлось кому-то другому это предлагать.

– У Ларри еще какая-то программа в России была, кроме этой тренировки?

– Он приехал в Россию чисто как турист с ознакомительными целями. Посмотреть Кремль, Эрмитаж, составить для себя картину мира. Какой-то особой миссии или программы не было.

– В процессе посещения тренировки он какие-нибудь русские слова успел выучить?

– Нет, он не пытался учить русские слова, не старался в конце говорить по-русски, как обычно принято говорить «spasibo» или что-то в таком духе. Он довольно-таки скромно себя вел. Мы ему подарили подарок – именную джерси «Рэбелс» с номером 11 и фамилией, а «United» – матрешки с его изображением и номером, он был очень доволен. Не знаю, как прошла встреча в Петербурге с ним, но в Москве все было очень весело, позитивно.

– В процессе общения что тебя больше всего поразило в нем?

– Не то, что бы поразило, но я отметил его скромность, открытость. Совершенно другой подход в общении с людьми. У нас в профессиональном спорте можно легко уйти от общения с журналистами, не дать автограф. У Ларри нет налета звездности. Он вроде на отдыхе, но все делал, как будто находится на своем матче и все делает для популяризации своей команды и своего статуса.

Мы встретили Фитцжеральда в аэропорту и говорим: «Ларри, можно на тренировку поехать, можно в гостиницу поехать». Говорит: «Поехали на тренировку»

Мы его встретили в аэропорту и говорим: «Ларри, можно на тренировку поехать, можно в гостиницу поехать». Говорит: «Поехали на тренировку». Хотя человек летел из Нью-Йорка с пересадкой в Амстердаме практически весь день.

– Есть планы привезти кого-то еще?

– Эти-то планы появились хаотично. И этих планов не было. Если кто-то выйдет на контакт, то, конечно, сделаем. Получится привезти в регионы – привезем в регионы. Может, Ларри расскажет, как его встречали. Конечно, мы не будем отказывать. Будет желание – устроим турне по регионам.

 

«К концу месяца должны закончить с переводом правил»

– Как продвигается перевод правил игры в футбол?

– Проект завершен. Причем, завершен более, чем удачно. Сейчас мы находимся на той стадии, когда перевели все правила игры. Дальше мы переводим «approved rules» – это дополнения и объяснения ситуаций, которые могут происходить во время игры, и какие решения в них должен принимать судья. Дело уже близится к завершению. Параллельно с этим мы находимся в той стадии, когда подключена вся заявленная команда и уже происходит вычитка правил на предмет использования терминов. К концу месяца мы должны все закончить с переводом.

Возникла ситуация – многие знают, что наши судьи ездили в Копенгаген на конференцию судей. Оттуда они привезли уже новые изменения, поэтому, возможно, встанет вопрос о том, что придется включать эти изменения в соответствии с правилами ИФАФ. Не хотелось бы, чтобы наши судьи уже начали судить по новым правилам, а потом вышла книга, и все сказали, что правила отстают. Что с этим делать, мы сейчас решаем.

– Как пришла идея использовать краудфандинг для этого проекта?

– Впервые наша команда попробовала краудфандинг в августе прошлого года для проекта Volga Bowl. Во всех командах появляются интересные идеи, и у нас в том числе. В какой-то момент мы заговорили про краудфандинг, про кикстартер, решили попробовать. Запустили проект «Volga Bowl» на неделю, поняли весь процесс. Решили, что вещь живучая, нужно только определить тему и план действий.

Когда я выстраивал работу в комитете по организации соревнований, я понимал, что мне нужна база и основа для проведения соревнований. Как судья я понимал, что без правил игры, которые были бы доступны для каждого, которые бы обновлялись ежегодно, жить сложно. Дальше уже была проведена большая работа для краудфандинга. Недели две мы готовили внутреннее наполнение. Краудфандинг – по сути , это интернет-магазин, в котором ты продаешь товар, которого нет. Люди должны у тебя купить товар, который они пока не могут подержать в руках. Но они уже оценивают важность идеи, понимают , что ничем не рискуя, могут получить продукт, который им действительно интересен.

К краудфандингу нужно поддерживать постоянный интерес. Заниматься этим непросто. К этому нужно относиться как к работе.

– Ожидали ли, что будет такой успех? Вы поставили рекорд площадки Boomstarter по сборам за первый день проекта. Плюс собрали сверх необходимой суммы 30%.

– Собрали мы сверх необходимой суммы 50%. Не знаю на счет рекорда сборов за первые дни, этой статистики у меня нет. Ждал, что проект будет успешным. Верил ли я в него с первого дня? Пока не наберется полная сумма, нельзя быть уверенным до конца. Рассматривал вариант, чтобы добить своими силами, если не хватит чуть-чуть. Мы для себя поставили планку, какое количество денег мы должны собирать в день, чтобы проект окупился. Когда мы увидели, что сумма превысила вдвое, то я стал понимать, что на 100% выйдем без проблем.

– В какой-то момент в проекте появилась опция для генерального спонсора. Был ли у кого-то такой интерес?

– Такой задачи у нас изначально не было, вариант родился в процессе работы. Но никто им не воспользовался. Было два-три потенциальных спонсора. Кого-то не устроил тираж. Те люди, у которых есть деньги, они не склонны сейчас, в нынешней финансовой ситуации, ими разбрасываться и вкладываться во что-то совершенно новое. Все-таки у нас не та аудитория, чтобы вкладывать большие средства. Мы эту опцию будем использовать дальше, и уже использовали в отношении юниорской сборной.

– Чья идея была спонсировать юниорскую сборную за счет краудфандинга? Не по следам ли успешного проекта с правилами?

– Многие отметили, что мы провели этот проект довольно-таки успешно. Как член комитета ФАФР, я склонен помогать и другим направлениям, которые у нас есть. И когда Максим (Максим Осокин — главный тренер юниорской сборной России по американскому футболу — прим. ред.) к нам обратился, мы морально были к этому готовы и уже думали о том, как это все подготовить. Идея родилась сразу после того, как мы запустили аналогичный проект по правилам игры.

– Есть ли еще идеи, которые можно реализовать таким же способом?

– Я в курсе, что у женской сборной есть краудфандинговый проект в Европе. Главный тренер Илья Кравцов его запустил. Но они запустились в Европе, и у нас об этом мало кто знает. Тоже хотелось бы им помочь. Куда-то дальше загадывать… Нужно определяться с приоритетами. Краудфандинг нам понравился, мы в нем стали немножко разбираться, глупо было не использовать этот ресурс.

 

«Следующий Супербоул? «Кольтс» – «Пэкерс»

– За какую команду ты болеешь в НФЛ?

– Как я уже сказал, я не болею за какие-то клубы и не являюсь яростным фанатом. Не могу смотреть спорт и быть фанатом «Грин-Бэй Пэкерс», условно говоря. Мне больше интересен менеджмент клуба. Если брать НФЛ, мне очень нравится, как «Пэтриотс» выстраивают свои дела. Преемственность – один тренер, один квотербек, и каждый раз они выстраивают свою программу, основываясь не на звездах, а четко выполняют свой план и знают, что хотят и что делают. Могу сказать, что болею за «Канзас-Сити Чифс», но только потому, что у меня есть их кепка. Ах, да, еще «Джексонвиль». Всегда болею за слабых.

polyakov-kansas

– Твой прогноз на следующий Супербоул.

– Хм, не знаю. Может, «Пэтриотс» или «Кольтс» с AFC. Может, «Стилерз». Да чего загадывать, мы даже состава их не знаем на следующий сезон. В NFC, как всегда, «Грин-Бэй» в фаворитах. Если «Пэкерс» не обыграют «Сихокс», то последние могут попасть в Супербоул, потому что у них с составом проблем нет. Чтобы быть оригинальным, скажу так: «Кольтс» – «Пэкерс».

– Как в команде обстоят дела с ночными просмотрами, если утром надо на работу или на тренировку?

– Мы обычно в 9 вечера собираемся у меня дома. Уже второй год. Я купил Apple TV и смотрим мы не сами матчи, а Red Zone. Включение идет с девяти вечера и до последнего матча. Смотрим девятичасовые, и в двенадцать расходимся. Время вполне приемлемое. Никаких сложностей нет. Центральный матч в 4 утра смотреть сложнее, но особого ажиотажа это не вызывает. А уж Супербоул – святое дело посмотреть.

– На этот Супербоул вы снимали целый кинотеатр. Как все прошло?

– Отлично. Очень сложно у нас с привлечением людей в ночь с воскресенья на понедельник. Но в минус мы не ушли, мы себя полностью окупили. Зная, что у нас есть такая возможность, на следующий год люди уже пойдут. Это был задел на будущее.

– Есть ли желание и возможность поехать в США постажироваться, набраться опыта?

– Вопрос: для чего? Я уже довольно старый, чтобы позиционировать себя в будущем как игрок. В России я еще могу поиграть, если меня не поломают. Но чтобы прямо вкладываться в свою карьеру, у меня, к сожалению, нет запаса времени.

Что касается менеджмента, обустройства, то это обязательный вопрос. В будущем, как только появится такая возможность, хочу выехать за рубеж, возможно, провести какое-то время в США, поработать в какой-то программе (студенческой или школьной). Можно сколько угодно смотреть фильмы, читать книжки, но пропустить через себя всегда важнее. Сроки нам это позволяют – мы, условно говоря, работаем с декабря по сентябрь, а в сентябре, пожалуйста, уезжай-приезжай, занимайся, обучайся.

Я хочу не только себя вывезти, но и обучить команду. Успех руководителя зависит от его команды, которую он соберет вокруг себя.

 

От редакции: В день публикации интервью — 12 марта — Артёму Полякову исполнился 31 год. Редакция «First & Goal» поздравляет Артёма с Днем рождения и желает дальнейших успехов в деле развития американского футбола.

 

Фото: личный архив Артёма Полякова.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
Понравился материал? Поддержите сайт.