Футбол в НФЛ живет по двум сводам законов.

Есть официальные правила лиги, и с ними каждый желающий может ознакомиться на сайте НФЛ. Там описаны все детали игрового процесса: от давления в мячах до мельчайших тонкостей работы судей. Полный набор правил на 2015 год со всеми наказаниями и исключениями занимает 86 электронных страниц.

И есть другие правила. Их нет ни в одной книге, их нельзя скачать в виде электронного документа или посмотреть в формате видеоурока. Лишь иногда бывшие игроки, выступая по телевидению, вскользь упоминают о них, но болельщикам остаётся только догадываться, что это за правила и сколько их на самом деле.

Жизнь в НФЛ не ограничивается одними только играми — она распространяется также и на раздевалку, и на командный самолёт. И жизнь эта регламентирована правилами, которым ветераны учат всех новоприбывших в лигу новичков. Они объясняют еще зеленым юнцам, что и как делать, а чего делать нельзя. Хотя порой узнать о существовании правила можно только нарушив его.

Мы пообщались с действующими и бывшими представителями НФЛ о неписаных и негласных законах, действующих внутри лиги, и узнали, что случится с тем, кто их посмеет нарушить.

Раньше все было иначе

Некоторые игроки сразу же отметили, что футбол за последние годы сильно изменился.

Теперь у каждого есть мобильник или смартфон, с игроками обращаются как со звездами кино, а не футболистами, и в Интернете постоянно бурлят обсуждения и льются потоком новости. Тренировки стали короче, менее напряженными, их стало меньше, и все реже на тренировках разрешен полный контакт. Тренировочные лагеря проходят на домашней базе клуба, а не на поле какого-нибудь богом забытого колледжа в глубинке. За каждым движением футболиста на поле теперь следит целый ворох камер высокого разрешения.

Культура НФЛ стала гораздо более публичной и открытой. Старые секреты перестали быть секретами. Многие неписанные правила были четко сформулированы и признаны НФЛ обязательными к исполнению. Любое нарушение стало сложнее скрыть, и наказания избежать теперь почти невозможно. Болельщики постарше могут пожаловаться, что в прошлом остались важнейшие элементы футбольной культуры.

Стив Хатчинсон, бывший гард НФЛ и участник команды All-Pro, в интервью не только упрекнул нынешних игроков за их халатный подход к тренировкам, но и, смеясь, рассказал, что разговоры о меняющейся футбольной жизни шли и в его время и задолго до него.

— Это вечная тема для рассуждений. Можете спросить у ребят, игравших еще в шестидесятые, и они скажут, мол, когда я играл в лиге, мы тренировались и в снег, и в град, и в кислый виноград, и вообще добирались до стадиона пешком в гору в обе стороны! — говорит Хатчинсон.

И все же действительно существуют правила, о которых не знают ни фанаты, ни журналисты. Все они связаны с повседневной рутиной и бытом человека, который зарабатывает себе на хлеб игрой в футбол. И каждый новичок либо будет строго им следовать, либо покинет НФЛ.

Не навреди ближнему

С кем бы мы ни говорили, все сошлись во мнении, что правило №1 — нельзя специально наносить травму другому игроку, будь то партнер по команде или соперник, тренировка или игра.

— Это наша работа, — говорит тэкл «Цинциннати» Эрик Уинстон. — Так мы кормим свои семьи. Да, нам хорошо платят за то, что мы делаем, но нельзя пытаться отнять такую возможность у другого.

Уинстон, как и многие другие, подтвердил, что травмы бывают результатом и «чистых» игровых моментов. Но опасные приемы или удары беззащитного игрока — это моветон.

— Иногда некоторые ребята делают вещи, которые могут нанести травму другому. Зачастую делают это после завершения розыгрыша, после свистка. И тогда даже самые закаленные ребята, которых все считают самыми брутальными перцами во все лиге, подойдут и скажут: «Приятель, так делать нельзя». Граница между обычным моментом и грубостью довольно тонкая, но, если ты хочешь быть самым сильным парнем на поле и самым агрессивным, тебе все равно нельзя выходить на поле с мыслью «Хочу покалечить кого-нибудь». Сложно описать словами, но на деле таких парней легко вычислить, и все знают, что такие всегда находятся.

Умышленные контакт в шлем или в колено офис лиги уже запретил официально. Хатчинсон привёл прием Уорренна Сэппа против Чеда Клифтона как пример подлого удара, за который раньше наказывали исключительно на поле, но теперь еще и штрафуют.

— Главный тренер «Грин-Бэй» Майк Шерман даже выбежал на поле, чтобы сказать Сэппу пару ласковых. Так делать просто нельзя. Был ли такой прием запрещен в то время? Нет. Запрещен ли сейчас? Да. Если бы сегодня кто-нибудь поступил, как Сэпп тогда в 2002-м, то наверняка получил бы приличный штраф, — говорит Хатчинсон.

Новички должны быть тише воды, ниже травы

— Больше всего бесят новички, которые слишком высокого о себе мнения, — рассказывает Уинстон. — Ребята считают, что уже все знают, но сами и понятия не имеют, что значит выйти на поле и делать свою работу.

Уинстон является президентом Ассоциации игроков НФЛ, и он в составе четырёх разных команд имел дело уже с восемью выпусками новичков.

Президент НФЛПА общается с второгодкой Эйджеем Маккэрроном. Фото: John Minchillo/Associated Press

Президент НФЛПА общается с второгодкой Эйджеем Маккэрроном. Фото: John Minchillo/Associated Press

— Неважно, кем ты был до НФЛ, — говорит Уинстон, — в НФЛ для тебя все равно все начнется с нуля.

Многие игроки сказали, что быть новичком в команде — это все равно что быть первокурсником в колледже.

— Раньше ты был большим человеком и тебя все узнавали. Даже если тебя выбрали на драфте в шестом раунде, ты все равно, скорее всего, был чуть ли не лучшим игроком своей команды. И заслуживают уважение те, кто вкалывают и ведут себя скромно, а не те, кто считают, что они пуп земли.

— Когда я был новичком, — вспоминает Хатчинсон, — я вообще никому ничего не говорил. Да, я в первый же год за «Сихокс» играл в старте и был на поле в каждом снэпе. Но на тренировках я не смел перечить никому, кто был старше. Даже с учетом того, что меня выбрали в первом раунде, а другой игрок уже третий год не поднимался выше тренировочного состава.

Ветераны любят новичков, которые знают своё место.

— Ребята, которые уже несколько лет в команде, любят, когда в команду приходит молодняк, желающий влиться в состав и помочь команде всем, чем смогут, — поясняет Уинстон. Но если новичок не закрывает свой рот и не особенно помогает побеждать в играх, то его ждет отнюдь не сахарная жизнь.

Несколько человек также упомянули, что «такие проблемы решаются сами собой».

— Допустим, приходит новичок-балабол. И есть два варианта: либо он выходит на поле и нормально играет, и тогда к нему перестают относиться, как к новичку, либо он играет плохо, становится мыльным пузырем, и тогда всё рассасывается само собой. НФЛ в этом плане довольно уникальна, — говорит Хатчинсон.

— Ребята, которые не понимают, как глупо они выглядят, через год видят таких же новичков и думают: «ничего себе». Думаю, после этого они начинают сильнее уважать ветеранов, как только понимают, какими болванами они сами были.

— Ветераны не любят новичков, — говорит Мэтт Боуэн, бывший сэйфти НФЛ, а ныне обозреватель Bleacher Report. — Не любят, поскольку новички призваны заменить ветеранов.

Новички рано или поздно заменят ветеранов и сами станут ветеранами. Но не стоит об этом кричать на каждом углу.

Правило старшинства

— Старшинство во всем играет главную роль, — рассказывает Хатчинсон. — Если стоят ребята в очереди, чтобы затейповаться, и зайдет ветеран, его пропустят вперёд. Новички должны приезжать пораньше. Тренировка в лагере начинается в 8:30. Новичку нужно приехать на базу в 7, максимум в 7:15, если он хочет успеть затейповаться.

Правила старшинства определяет порядок игроков в очереди за чем угодно, будь то тейп, еда или медицинское обслуживание. Но больше всего привилегий «старшие» получают в ходе переездов.

— Когда команда возвращается с выездной игры, — говорит Крис Симмс, бывший квотербек НФЛ, — то ветераны сидят в начале автобуса, чтобы первыми сесть в свои машины и уехать домой. Им полагается такая привилегия, они ее заслужили.

В некоторых случаях, по словам Симмса, лучшие игроки-ветераны ездят в автобусе №1 с тренерами, а новички команды — в автобусах №3 и 4.

Линия защиты "Тампа-Бэй" приветствует Криса Симмса в НФЛ. Фото: SCOTT AUDETTE/Associated Press

Линия защиты «Тампа-Бэй» приветствует Криса Симмса в НФЛ. Фото: SCOTT AUDETTE/Associated Press

Практически все игроки согласились, что правило старшинства работает и в перелетах.

— Ветераны выбирают места, какие им понравятся, а новички разбирают то, что осталось, — говорит Боуэн. — И плевать, что сидеть ты будешь рядом с туалетом. Да хоть в самом туалете. Если больше ничего не осталось, то выбора у тебя нет.

— Игроки сидят в эконом-классе, а тренеры — в первом, — говорит Хатчинсон. — Но ветераны могут садиться ближе к выходу. В «Миннесоте» при Брэде Чилдрессе было правило, что игрок с определенным числом лет в лиге за плечами получал целый ряд сидений и мог сидеть или лежать горизонтально, что гораздо удобнее.

Он также отметил, что в других командах ветераны получили иногда еще больше удобств.

— В «Чифс» при Дике Вермелле ветераны получали право летать в первом классе, в то время как тренеры сидели в экономе.

Хатчинсон добавил, что не слышал, чтобы еще где-то были такие порядки. Но Боуэн рассказал, что в «Вашингтоне» при тренере Стиве Спуррье игрокам, у кого на счету больше пяти лет в лиге, позволяли летать первым классом вместе с тренерами. Ресивер-ветеран Донте Столлуорт, который еще и работал интерном при тренерском штабе в «Рэйвенз», рассказал, что Джон Харбо позволял легендам вроде Эда Рида и Рэя Льюиса летать в первым классом.

В этом смысле в неписаных правилах тоже бывают разночтения: тренеры могут менять правила, в том числе и «правило старшинства», на свое усмотрение, но даже они не смеют перегибать палку.

Тренеров уважают, но не боготворят

Университетские тренеры держат команду в ежовых рукавицах. Они полностью контролируют все аспекты жизни игроков своей команды — вплоть до того, что им есть и когда ложиться спать. Вся их жизнь насквозь пропитана футболом, и слово тренера — закон.

В НФЛ игроки — это взрослые люди. У них своя жизнь, свои семьи, увлечения и даже благотворительные организации или бизнес-проекты, которым они уделяют много внимания. И многие ветераны пережили не одного тренера. Бывает, что самые умудренные опытом ветераны даже старше, чем люди, которые их пытаются чему-то научить и раздают приказы.

— Ветераны уважают тренеров, — говорит Уинстон, —а тренеры уважают игроков. Мы все в одной лодке. Тренеры оценивают нас по нашим выступлениям, и без них мы не сможем стать лучше.

— В колледже отношения между игроком и тренером больше напоминают отношения ученика и учителя, — рассказывает Столлуорт. — В НФЛ они в более-менее равных условиях. Я, например, в молодости никогда без спросу даже в туалет не мог сходить. В НФЛ отношение другое. Тебе говорят: «Чувак, поднимай свою задницу и иди в туалет. Не надо никого спрашивать».

— Линейные нападения общаются по-своему, — говорит Хатчинсон. — Но у нас тоже такая ситуация, что молодежь говорит тренеру «да, сэр» или «да, тренер», а ветераны болтают с тренером и обращаются к нему на «ты».

Уинстон и Боуэн сошлись во мнении, что это обращение к тренерам по имени и на «ты» было для них удивительнее всего.

— В какой-то момент, когда ты в лиге уже 8, 10, 12 или даже 15 лет, ты начинаешь понимать всё без слов. Ты знаешь, что ты делаешь и что от тебя требуется. В конце карьеры мне можно было даже не указывать на ошибки, я и сам понимал, где сглупил. Можете спросить у Джеффа Дэвидсона, он подтвердит.

Когда игрок достигает вершины своей карьеры, то ни один тренер его уже не сможет удивить его чем-то новым. По словам Хатчинсона, работа тренера в таком случае заключается в том, чтобы направить молодежь в нужное русло и заставить их работать над собой с той же самоотдачей, что и ветераны. А ветеран уже не должен неукоснительно исполнять приказы тренера, но должен демонстрировать, что он продолжает улучшать свою игру, несмотря на возраст и достижения.

Так что неудивительно, что самые ветеранистые ветераны с подозрением относятся к тренерам, которые пытаются менять уже сформировавшуюся культуру клуба и изобретают свои неписаные правила. Особенно, если их новых правила противоречат старым.

Том Кофлин (до того как выиграл два Супербоула) был известен тем, что с приходом в клуб решил установить новый порядок и одним правилом привел всех в замешательство.

— Кофлин на границе тренировочного поля нарисовал черту и называл ее «Линией Концентрации», — рассказывает Стив Буэрлин, бывший квотербек и участник Пробоула. — Предполагалось, что игроки будут очищать свой разум перед тем, как перешагнуть эту линию, и на поле будут предельно сконцентрированы. Честно говоря, все это попахивало школьным чудачеством.

Буэрлин познакомился с «Чертой», когда он отыграл в лиге уже половину своей 14-летней карьеры и считал, что взрослым профессионалам не нужны специальные мотиваторы для того, чтобы они отбрасывали все лишние мысли во время тренировок. И Буэрлин публично поддержал тренера, когда тот решил несколько смягчить свой подход к тренировкам.

Столлуорт, в свою очередь, высказал возмущение привычкой главного тренера «Тампа-Бэй» Грега Шиано блицевать соперника, когда тот встает в «победную» формацию — когда квотербек опускается на колено, чтобы завершить матч.

— Я не очень хорошо отношусь к тренерам НФЛ, пришедшим из колледжей, — говорит Столуорт. — Они всегда творят подобную хрень. Так ведь можно и травму кому-нибудь нанести.

Подавляющее большинство представителей НФЛ согласились, что Шиано и «Бакс» нарушили одну из негласных заповедей лиги.

Как и в любых других человеческих отношениях, между тренерами и игроками страсти иногда тоже накаляются не на шутку. Тренеры надеются на игроков, что те принесут результат и помогут своему тренеру преуспеть. Игроки надеются, что тренеры тоже помогут им прийти к победе. Карьера одних зависит от других. Ставки высоки, и  поэтому никогда нельзя предсказать, что может произойти, если что-то пойдет не так.

— Я видел, как тренеры бросались с кулаками на игроков, — говорит Боуэн. — Бывало, что и игроков приходилось оттаскивать от тренеров.

Не лезь в чужой карман

Игра в НФЛ— это работа. Как и в любых других рабочих условиях, здесь зарплата может стать яблоком раздора и предметом для зависти. Но не на всякой работе все окружающие тебя люди вокруг знают, сколько ты получаешь, с точностью до цента.

Так что об этом лучше просто не говорить вслух.

— Мне об этом давным-давно еще рассказал Майкл Ирвин, — говорит Столуорт. — Я ещё даже на поле тогда ни разу не вышел. И была такая ситуация, что Джо Хорн в той команде явно был вожаком. Меня выбрали в первом раунде под 13-м пиком, но Джо все равно оставался главарем. И он пытался выбить из руководства новый контракт. Я тогда еще не имел ни малейшего представления о жизни в НФЛ. Не помню, когда я столкнулся с Майклом Ирвином, но он сказал мне: «Запомни: никогда не обсуждай и даже не упоминай в разговорах чужие контракты. Таково правило. Негласное правило, но тебе стоит его хорошенько запомнить». Я тогда даже особо не придал этому значения и всего лишь подумал типа «окей, спасибо за совет».

— А потом я приехал в Новый Орлеан, и на первой же встрече с журналистами мне задали вопрос про контракт Джо. У меня сразу в голове возникла мысль «Черт, так вот что он имел в виду!» Мне повезло: все находятся в разных условиях и у всех своя ситуация, поэтому не стоит обсуждать чужой контракт и отношения с руководством клуба. Так что я тогда ответил: «Контракт Джо – это его дело. Он отличный игрок, и я жду — не дождусь, когда смогу научиться чему-нибудь у него». Тогда-то я и понял, зачем Ирвин мне втирал все это.

Слово ветерана — закон

Лютая дедовщина и издевательства над новичками в последние годы ушли из культуры НФЛ, но некоторые более безобидные традиции все же остались: могут, например, заставить спеть гимн университета. Большую часть более опасных и жестоких приколов над новичками запретили тренеры, и нашлись более эффективные методы помочь новичку вписаться в новую среду.

— Ветераны могут устроить что-то типа экскурсии по тренировочной базе, — рассказывает квотербек и победитель Супербоула Брэд Джонсон. — И заодно дадут пару полезных наставлений, что ты должен, например, давать чаевые тому, кто занимается экипировкой. И что тебе стоит с уважением относиться к тренерам и заведующим экипировкой.

Ветераны учат новичков уважать персонал клуба, но и сами требуют к себе уважения со стороны новичков.

— Новички покупают завтрак», — говорит Боуэн. — Будь то печенье, пончики или бургеры. Ты новичок, это твоя работа. И не стоит жаловаться. Прими как должное: «Я новичок. По пятницам я покупаю завтрак». Все, что попросят ветераны. Если повезет с ветеранами, то они не будут вытряхивать из тебя все деньги и закажут что попроще. Чаще всего фастфуд, конечно: Dunkin’ Donuts, Krispy Kreme, McDonald’s, Burger King.

— Обычно, выбранный в первом раунде покупает завтрак в первую неделю, второй — во вторую, и так далее. Все по порядку, — говорит Джонсон.

Брэд Джонсон знакомится с Мэттом Боуэном. Фото: EVAN VUCCI/Associated Press

Брэд Джонсон знакомится с Мэттом Боуэном. Фото: EVAN VUCCI/Associated Press

— Если ты новичок, то должен также понимать, что после тренировки ветераны оставят свою экипировку на поле, и ты должен будешь всю ее отнести на место, — говорит Боуэн. Иногда это воспринимают как жест неуважения.

— Нет здесь никакого неуважения. Но ты новичок. Так что бери и неси каркасы и шлемы в раздевалку. Пройдет год — и можешь потом делать, что хочешь. Можешь уже и сам заставлять новичков таскать твою экипировку.

Боуэн рассказал историю о том, как его приняли в его первом клубе: «Когда я был новичком в «Сент-Луисе», один линейный сказал приносить ему кофе каждое утро. И ему не нравилось кофе на базе. Так что мне приходилось покупать кофе где-то в другом месте. И у меня не было машины — меня выбрали в шестом раунде. Так что я вставал на полчаса раньше, брал велосипед и ехал в магазин, где продавали кофе, который нравился тому линейному. Я брал кофе и ехал на базу к шести утра, пытаясь не разлить кофе. Если бы я не привез ему кофе… Не знаю, что бы могло произойти — я ни разу не оставил его без кофе, потому что боялся узнать, что он может со мной сделать».

— Кто-то скажет, что это издевательство. Так ли это? Не знаю. Я воспринимал тогда это как часть своей инициации. Ветеран говорит что-то сделать — ты делаешь. И не задаешь вопросов.

— Я в свое время всегда таскал сумки с вещами Уоррена Сэппа. И еще всюду носил с собой банку жевательного табака Skoal. В этот и заключался процесс принятия меня в ряды полноправных игроков команды, — говорит Симмс.

Есть еще и ужины за счет новичка.

Распространенная традиция: плотно поужинать за счет одного новичка или всех, кого выбрали на драфте в этом году. Порой такие трапезы влетают новичкам в копеечку. Зачастую сумма в счете оказывается из пяти цифр, а то и из шести. Некоторые ветераны даже стали выступать против столь наглых ужинов.

Многие опрошенные соглашаются: если новичка выбрали высоко, если он ведет себя как выскочка и на тренировках не демонстрирует ожидаемого от него уровня, то ему придется сильно раскошелиться на этом ужине.

В 2010 году Дез Брайант отказался нести в раздевалку экипировку ветерана-принимающего Роя Уильямса — и дорого за это заплатил. В прямом смысле: Уильямс и все нападение «Каубойз» поужинали за счет Брайанта на 54 896 долларов.

Тренироваться тоже надо уметь с умом

Очень часто ветераны жалуются, что новички не умеют правильно тренироваться.

В НФЛ сезон состоит из тренировочного лагеря, 17 недель регулярного сезона и плей-офф. В сумме все это длится гораздо дольше, чем сезон университетской команды, и проходных матчей не бывает.

— В расписании нет второсортных команд типа Восточной Каролины, — говорит Уинстон. — Ты сражаешься против 16 элитных команд типа университета Флориды.

Тренироваться в НФЛ нужно уметь. Значит. нужно уметь соблюдать баланс, тренироваться на полную выкладку, но делать это аккуратно и осторожно.

— Новички на каждой тренировке рвутся в бой и мчатся вперед на скорости 100 миль в час, — говорит Столуорт. — Они носятся как бешеные, даже если задание не подразумевает, что ты должен топить все 100 миль в час и рубиться, как псих. Каждый год одно и то же — ветераны между собой говорят: «Надо научить этих новичков нормально тренироваться!» Столуорт говорит, что нужно чувствовать момент когда нужно выложиться, а когда лучше сдержаться.

«Новичкам очень сложно этому научиться», — соглашается Боуэн. «Новички чаще всего как с цепи сорвались в тренировочном лагере. Они волнуются. Сердце колотится. Они хотят показать себя. А потом устают и совершают ошибки. Оказываются у кого-то на пути или даже влетают в квотербека». Ключевое правило – падать и лежать на земле как можно меньше.

— Ветераны ненавидят, когда кто-то рискует получить травму из-за того, что какой-то безмозглый новичок путается у них под ногами. Ветераны вам быстро скажут, что так делать нельзя. Бегай быстро, играй жестко, но никогда не смей ставить под угрозу здоровье ветерана.

— Если вы попали на тренировку «Далласа», играете во втором составе и, допустим, вам навстречу бежит Дез Брайант, то вам ни в коем случае нельзя его трогать. Тронете его хоть пальцем и будете отчислены.

— Когда я был в «Грин-Бэй» и квотербеком был Бретт Фарв, мне сразу сказали: «Хоть раз его как-то ударишь и сразу вылетишь отсюда». И я был свидетелем одного такого случая. Линейный защиты повалил Фарва на тренировке. И все: на следующий же день его вышвырнули из команды.

Преступление и наказание

Нарушишь эти негласные правила — как это сделал один из одноклубников Боуэна — и ожидай неминуемых последствий — со стороны лиги, команды или одноклубников.

— В свой первый год в лиге тебе меньше всего нужны проблемы с ветеранами. Если они тебя не примут, у тебя будут серьезные неприятности — на тренировках тебе точно не поздоровится. В мое время мы тренировались дважды в день в полной экипировке. Тогда на тренировках делали то, что сегодня было бы недопустимо. Речь о контакте и ударах, разумеется. Как-то раз в нашей команде новички должны были устроить вечеринку в городе Маком, штат Иллинойс. Придумать выступления, устроить мини-шоу, короче. И если не хочешь в этом участвовать, то пеняй на себя. Никому бы не посоветовал отказываться. Дело было в 2000-м. То была ветеранская команда, которая сезоном ранее выиграла Супербоул. Куча будущих членов Зала славы и мужиков, которые играли в лиге уже больше 10 лет. Так что, если они что-то говорили, то ты делал. В противном случае, тебе стоило бы покрепче затянуть ремень на каркасе на следующей тренировке.

Джонсон рассказал, что были времена, когда издевательства над новичками выходили за рамки приличия, тренерам приходилось вмешиваться и разруливать конфликты. Он также рассказал об одном безвредном способе наказать новичка за жадность и преподать ему пару уроков:

— На день Благодарения принято дарить подарки, так? Поэтому мы в Миннесоте завели письмо. Тренер в качестве объявления говорил: «Если кто хочет бесплатно получить индейку на праздник, берите это письмо, идите в магазин к моему знакомому мяснику и забирайте бесплатную индейку». Новички не хотят ничего дарить на праздник, а хотят получить еды на халяву. Но фишка в том, что мы следили за ними через скрытую камеру. Как и местные журналисты и телевизионщики. И когда новички приходят к мяснику, он у них спрашивает «Вы кто? На какой позиции играете? Нравится ли вам тренер? Как вам ваш квотербек?» — и всякие другие провокационные вопросы. А мы смотрим, не ляпнет ли какой-нибудь новичок что-нибудь такое, чего ему не стоило говорить. В конце этой сценки мясник отдавал новичкам письмо обратно и указывал, что его подписал некто U. R. Turkey (Т. Ы. Индейка).

Хатчинсон рассказывает, что в «Сиэтле» было принято припоминать сказанные ими глупости:

— У тренеров была своя традиция, и они называли его «Чемпионат Языка». Каждый раз, когда кто-то из команды говорил что-то невообразимо идиотское при свидетелях и все думали: «Не могу поверить, что он сморозил такую чушь», — то эту фразу вносили в специальный блокнот. Ближе к концу сезона все эти афоризмы выносили на доску в формате сетки турнира навылет типа НСАА. Капитаны и тренеры выбирали победителя каждого раунда. Победитель получал подарочный сертификат на ужин в известном стейкхаусе Сиэтла Metropolitan Grill, где автору самой дурацкой цитаты подавали говяжий язык. Поэтому и называется все это «Чемпионат Языка».

Хатчинсон также отметил, что в сегодняшнем мире большинство самых идиотских изречений так или иначе просачивались в прессу или социальные сети. Но, говорят, некоторые цитаты так и живут в рамках раздевалки «Сихокс».

— Был какой-то игрок, — говорит Хатчинсон, — честно говоря, даже не помню, кто именно. По-моему, это произошло еще за год до того, как я пришел в команду. «Сиэтл» тогда еще был на Западе АФК и приехал играть против «Бронкос». Так вот, тот игрок, новичок, вылез из командного автобуса, поглядел на домашний стадион «Денвера» и произнес: «Фигня все это, не может эта хрень быть милей в высоту». Все смотрели на него как на полного тупицу. Он реально думал, что стадион Майл-Хай в Денвере будет милей в высоту.

Джонсон, в свою очередь, вспомнил, как поставили на место двух молодых игроков «Вайкингс». У них украли одежду, облили водой и вывесили сушиться на ворота. Зимой. В Миннесоте.

Симмс тоже своими глазами видел, что может произойти, если новичок откажется послушаться участника Пробоула в недавно выигравшей Супербоул команде:

— В мой второй или третий год в команде к нам пришел линейный нападения-новичок по имени Джеб Терри. Основным раннинбеком тогда был Майк Олстотт и он захотел выпить Gatorade. Говорит: «Эй, новенький. Эй, Джеб. Принеси-ка мне Gatorade». Новичку стоило всего лишь пройти через комнату, открыть холодильник и принести Майку бутылку. Но он отвечает: «Нет». И все сразу же такие: «Он сказал «нет»! Ух ты». Олстотт в ответ просто улыбнулся и покачал головой. Я сразу понял, что новичок так легко не отделается. На следующий день мы заходим в раздевалку, а из шкафчика новичка торчит капот его машины. Четыре колеса висели на штангах ворот, а сама машина стояла на стоянке на шлакоблоках.

Принятие

Когда молодежь перестают учить жизни? Когда же ветераны принимают молодых игроков в команду?

С новичков перестают требовать покупать завтраки и прочие вещи после того, как они перестают быть новичками. То есть, к концу первого сезона. Но, зачастую, и после этого игроков не принимают в «семью» до тех пор, пока они не проявят себя на поле.

— Большинство ветеранов не хотят видеть в новичке члена команды до тех пор, пока он не поможет команде добыть победу в матче. Немногие знают о существовании этого негласного правила. Я как-то раз протянул руку Уоррену Сэппу, но тот сказал: «Пока не выйдешь на поле в игре, со мной даже не разговаривай».

Симмса не оскорбил такой подход. «Я понимал, что я им не особо-то и нужен, ведь они только что стали чемпионами».

Ветераны в сильных командах многого ждут от новичков (особенно выбранных в первом раунде) и хотят, чтобы те играли на должном уровне. Если они в составе и им платят, значит они должны вносить свой вклад в победу. Так что к новичкам, которые хорошо себя проявляют в играх (например, Оделл Бекхэм-младший), быстро перестают относиться как к новичкам.

***

Вряд ли можно заявить, что мы изложили все неписаные правила НФЛ. Нет, мы лишь прошлись по вершкам.  Многим игрокам, с которыми мы общались, было сложно рассказать о неких особенностях культуры НФЛ обывателю, поскольку они всегда жили в этих условиях и толком не знают другой жизни. Другим было некомфортно раскрывать секреты своей команды. Кто-то хотел рассказать многое, но не смог сформулировать.

— Я бы об этом мог написать целую книгу, — говорит Хатчинсон. — Футбол всегда будет опираться на эти негласные законы и этому не смогут помешать ни штрафы, ни запреты.

Жизнь этих гладиаторов в каркасах коротка, и мы должны чтить те жертвы, на которые они идут ради игры. Правила отношений в футбольных коллективах предаются из уст в уста и нигде не записаны. Они живут только между двумя людьми.

Ни технологии, ни фанаты, ни самые дотошные официальные формулировки не изменят того, что игроки НФЛ будут продолжать сжимать реальную жизнь до миниатюрного мира профессионального футбола.

Всегда будет существовать понимание того, как в эту игру нужно играть. Но чтобы его постичь, нужно его пережить.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: Bleacher Report